Слова девчонки и ее самоуверенное упрямство не удивили дракона. Скорее этого он в глубине души и ждал от дочери Виларии. Было бы слишком просто и странно, подчинись она полностью его воле.
Но вот ее дальнейшая судьба пугала. Слишком уж беспечно Геро разбрасывалась словами и требовала жить дальше. Слишком напористой была, ничего не хотела слышать, не принимала “нет”.
— Она вся — молодое пламя, — пробормотал его спутник. — Чего ты еще ждал?
— Это ничего не меняет.
Илларею пришлось отвечать тьме мысленно, чтобы ни единым звуком не привлечь внимания хищных затаившихся камней.
— Ты не возражал. Ты заигрывал с ней. Интересно ведь, как такой хрупкий человек собрался помешать целому дракону.
Несколько секунд тьма молчала.
— Закрепи печать. Это поможет тебе не помереть, когда вы будете исцелять кристалл.
— Я все еще считаю, что Геро не место рядом со мной. Это слишком опасно.
— А ты предложи ей самой решать, — хихикнула темнота. — Я уверен, что знай Геро о силе метки, и как та могла помочь тебе выжить, то великий Илларей моргнуть бы не успел, как остался бы без штанов.
— Лучше замолчи.
— Эта девочка давно не та, которой ты читал сказки в библиотеке. Геро выросла и достойна того, чтобы хоть одно существо в этом мире позволило ей что-то самой решать. Мать с отцом такой роскошью дочь не баловали.
Передернув плечами, Илларей миновал первый страж-камень. Простое заклинание неслышной поступи всегда работало хорошо. Звук шагов полностью исчезал, оставляя охотника без добычи.
Он не хотел лишать Геро нормальной жизни, но ее решительный взгляд сбил дракона с толку.
Уж она-то, среди всех людей должна была желать только одного — свободы. Выполнить возложенную на нее миссию, махнуть рукой и раствориться в предрассветной дымке. Оставив Илларея одного со своими мыслями и страхами.
Разумеется, ни о какой любви и речи идти не могло.
Даже если и существовала какая-то физическая тяга, то в ней стоило винить метку, а не юное неопытное сердце.
Может, узнай они друг друга лучше…
Илларей сразу же подавил в себе эту мысль.
Она могла бы привести к опасным последствиям, а он к ним не готов. Не сейчас.
С каждым шагом он все ближе подбирался к своей цели. Дерево было совсем небольшим, если сравнивать с его "старшими братьями" по краю долины, но туда не добраться.
Выжженная земля не была мертва, она таила в себе сотни опасных ловушек и голодных тварей, готовых любого незваного гостя разорвать на мелкие кусочки. Илларей лишь однажды забрался так далеко, что видел "стражей" долины вблизи.
И зрелище это было поразительное. Точно смотришь на само воплощение божества: величественное, чуждое и окровавленное, испускающее тусклый свет и силу, от которой в теле натягивать тонкие струны и вибрировали вместе с землей под ногами.
Чем ближе Илларей был к деревьям-гигантам, тем отчетливее он слышал звук, похожий на пульс.
И дракон не хотел знать, чей он и что прятались под колоссальными корнями, уходящими в толщу изувеченной земли.
Не сводя взгляда с дерева, дракон медленно шагал вперед. Оборачиваться он не решался, нельзя сбиваться с шага и отвлекаться.
Оставалось верить Геро на слово и надеяться, что она не пойдет следом.
— Там что-то есть, — предупредила тьма.
Илларей это почувствовал, только когда подошел совсем близко. Тянущее, неприятное напряжение в груди, когда все инстинкты вопят об опасности.
Само существо он увидел, когда медленно обошел дерево и присмотрелся к коре.