Геро упрямо нахмурилась.
— Она и так ему будет грозить. Создатели могут посчитать, что и людям здесь не место. Кто их знает? Но ты и я сможем уничтожить любую опасность.
— Кто-то явно перечитал героических книжек в детстве.
Девушка закатила глаза и с раздражением пнула подвернувшийся под ноги маленький камешек.
— Вообще-то, ты их и читал.
Во взгляде дракона мелькнуло искреннее удивление.
— Ты это помнишь?
— Немного, — Геро смущенно опустила голову и уставилась под ноги. — После того как сила приняла меня, я иногда вижу…картинки в голове. Что-то из прошлого. Бледные, нечеткие образы. Помню, как пряталась в библиотеке, когда мы с папой ссорились. А ты всегда знал, что я там.
— Мы там и познакомились, помнишь?
Геро качнула головой, а Илларей продолжил говорить:
— В одном из книжных шкафов была потайная дверь. Вела она в пыльную крохотную каморку с письменным столом и единственным стулом. Вилария с ума сходила, носился со слугами по замку, и искала одного маленького, непослушного ребенка, что никак не хотел отзываться и выходить.
— Ты все испортил, — фыркнула Геро. — Потом мама сразу начинала поиски с библиотеки!
— Я знал все потайные места в замке. Но еще и чувствовал твою силу, так что принцессе было не спрятаться…
Илларей замолчал, и несколько минут они шли в полной тишине.
— Ты тогда жутко перепугалась и сразу расплакалась, — дракон демонстративно щелкнул пальцами. — Раз, и ты рыдаешь так, будто увидела чудовище. Немудрено. Какой-то мрачный тип ворвался в твое убежище.
— Это ничто в сравнении с тем, как мрачный тип ворвался на мою свадьбу, — бросила Геро.
Илларей хмыкнул.
— Извиняться не стану. Партию тебе подобрали хуже некуда.
— Платье было красивым, а ты его испортил. Когда в следующий раз будешь похищать кого-нибудь, то лучше сразу приставь к горлу жертвы клинок. Это действует лучше угроз.
Дракон невольно рассмеялся, и его низкий вибрирующий смех прокатился по каменной кишке коридора.
— За платье прошу прощения, — помедлив, он добавил. — Ты и правда была в нем очень красивой.
Геро точило изнутри странное чувство утраты. Отец отобрал у нее важную часть прошлого, часть ее самой.
Память об Илларее.
Об их разговорах, играх, о времени в той библиотеке, о моментах, что они провели вместе с мамой.
Исковеркал ее память.
Принял решение за Геро. Договорной брак — это одно, но все, что касалось ее сущности неприкосновенно.
Папа будто украл у нее самое важное.
А ведь все могло быть иначе.
— Я говорила серьезно. О том, что не дам тебе уйти.
Наверное, сейчас Геро поступала не лучше отца.