Но она знала, что в этом мире для Илларея еще ничего не потеряно. И отказываться от новой жизни — преступление.
— Ты молода, и у тебя есть будущее. Никто бы не хотел, чтобы его дитя связывало свою судьбу с обреченным существом. Даже Вилария, при всей ее доброте.
— Она хотела бы, — возразила Геро. — Хотела бы, чтобы твой народ не страдал. Ты сам сказал, вы были близкими друзьями. Мама доверяла меня тебе, позволяла быть рядом. Мне кажется, что если бы не отец, то все сложилось бы иначе. У нас с тобой.
Щека дракона дернулась.
Он хотел что-то сказать, но впереди замаячил выход из туннеля, а вскоре показалась и выжженная земля, и тяжелое, темное небо.
Остановившись, Геро всматривалась в унылый пейзаж, пока не заметила впереди странные камни.
Большие, круглые, гладкие на вид. На их боках поблескивали крупные капли влаги.
Илларей приложил палец к губам и, подняв с земли камешек, бросил его далеко от входа.
Стоило только тому коснуться земли, как ближайший "камень" задрожал и выстрелил в стороны тонкими щупальцами, ощупывая землю вокруг.
— Они не видят, — объяснил дракон. — Но слышат. Ты останешься здесь, а я пойду вон туда.
Он указал на ветвистое дерево в сотне ярдов от пещеры.
Оно выглядело как исполины, окружающие долину, но было куда меньше. Отчетливые красные линии исполосовали черную кору.
Вцепившись в руку Илларея, Геро замотала головой.
— Как же ты пройдёшь, если?!..
— Не спорь, — отчеканил дракон. — И не думай сдвинуться с места. Поняла?
Облизнув пересохшие губы, девушка переводила взгляд с Илларея на хищные камни и обратно. Ей отчаянно не хотелось его отпускать, но какой был выбор?
Они пришли сюда не просто так.
И не могут вернуться с пустыми руками.
— Хорошо, — выдавила Геро. — Я буду стоять здесь.
Не справившись с накатившими страхом и волнением, девушка привстала на цыпочки и прижалась губами к губам Илларея.
Дракон дернулся, его руки сжали ее плечи, но, к удивлению Геро, он ответил на поцелуй, а не оттолкнул ее прочь.
Всего на миг метка на груди вспыхнула, девушку бросило в жар, а пальцы сами собой впились в волосы дракона, прижимая его голову еще крепче.
Приоткрыв рот, она позволила Илларею целовать себя еще откровеннее и глубже, а уже через секунду сила метки развернулась во всю свою мощь, разгоняя по венам раскаленную кровь.
Резко отстранившись, дракон обжег девушку взглядом золотых глаз.
— На удачу, — брякнула Геро чувствуя, как отчаянно краснеют щеки, а дыхание вырывается изо рта равными короткими толчками.
Ничего не ответив, Илларей отвернулся и медленно двинулся к дереву, а девушке только и оставалось, что молча ждать да смотреть ему вслед.
Добыча и хищник
Илларей давно перестал бояться.
Когда так долго смотрел на страдания своего народа, был свидетелем гибели каждого дракона, то внутри уже ничто не вздрагивает, даже при виде тьмы, что упорно рвется из кристалла.
И этот мир не пугал его. Илларей жалел каждое существо, что когда-то попало в немилость к богам и было уничтожено, превратилось в прах, пепел и осталось гарью на стволах деревьев. Он ненавидел и презирал высшие силы за это, но и их не боялся.