Это еще рано делать, но учтем. Она двинулась дальше по списку.
• Свяжитесь со своими родственниками, соседями, школьными друзьями вашего ребенка и их родителями. Попросите их уведомить вас, если они получат известия от вашего ребенка.
• Поделитесь своей информацией в социальных сетях.
У Аннабель не было ни аккаунтов в социальных сетях, ни родственников. Она не могла связаться со школьными друзьями своего ребенка, потому что он не говорил ей, кто они. Может быть, у него и не было друзей. Он и об этом лгал? Что касается соседей, то те семьи, с которыми они раньше знались, либо продали свои дома, либо съехали от алчных домовладельцев, когда начали расти цены на недвижимость.
Миссис Вонг была не из жадных, а вот Негодный – как раз из них. Аннабель недавно опять видела его на заднем дворе: он рылся в мусорных мешках и осматривал воронью кормушку, а птицы в это время наблюдали за ним из переулка. Она так и не ответила на его первое письмо насчет проверки, поэтому он подкинул ей второе. Она прочитала его и куда-то положила. И где теперь это письмо? Аннабель почувствовала, как щеки ее заливает горячий румянец, и попыталась охладить их ладонями.
Второе письмо было от юриста по фамилии Фанг, в котором ее уведомляли, что в соответствии с разделом 12, пункт 3 договора аренды она несет ответственность за содержание своего помещения в санитарных условиях, поддержание чистоты и отсутствие любых скоплений мусора, хлама, грязи, нечистот и отбросов, а также за утилизацию мусора установленным способом. Далее в письме говорилось, что скопление вышеупомянутого мусора у нее на крыльце и во дворе представляет собой нарушение пункта 3 статьи 12 и что она должна принять немедленные меры для восстановления чистоты и санитарных условий в ее квартире. Кроме того, кормушка для кормления диких животных, незаконно установленная на заднем крыльце и представляющая собой нарушение пункта 2 статьи 12, привлекает паразитов и должна быть удалена к моменту проверки помещения домовладельцем. Невыполнение этого требования приведет к судебному иску.
В письме была указана дата проверки, которая, насколько помнила Аннабель, должна была наступить довольно скоро, но она куда-то задевала письмо, прежде чем успела занести дату к себе в календарь. Означает ли судебный иск выселение? Эта мысль приводила ее в ужас. Этот маленький дом был полон счастливых для нее воспоминаний, хотя район изменился, и у нее уже не было ничего общего с новыми соседями, которые ездили на дорогих велосипедах, катали своих детей в огромных немецких колясках и выращивали помидоры и базилик на своих приподнятых грядках.
Если бы Кенджи был жив, он сделал для нее в саду такую грядку. Он помог бы ей привести в порядок архивы, вынести накопившийся мусор, найти пропавшее письмо. Но если бы Кенджи был жив, мусор и не скапливался бы, и их квартира была бы опрятной и чистой. Письмо не пропало бы, потому что просто не возникло бы причин его присылать, да и Бенни тоже не пропал бы.
Аннабель вернулась на кухню и надела плащ. Она написала записку Бенни и прикрепила ее скотчем к двери. Оставив дверь незапертой, она вышла в переулок. Если бы Кенджи был жив, он бы не стал ждать, а сразу отправился бы на поиски своего сына.
– Биты хотят бить, – сказал Би-мен, заглядывая через плечо Алеф, которая прижимала комок мокрых бумажных полотенец к шишке на лбу Бенни. – Они не виноваты. Такова их природа. Они для этого созданы.
– Они созданы, чтобы бить по бейсбольным мячам, – сказала Алеф. – А не по головам мальчишек. Этот тип – гнида паскудная.
Смочив ватный тампон в перекиси водорода, она стерла остатки грязи и крови у Бенни со лба и развернула марлевую повязку.
– Ты его знаешь? – спросил Бенни.
– Он наркодилер. Накипь. Да все они подонки. Держись от них подальше. – Она откинула его волосы назад и наклеила повязку на кожу. – Не так все плохо на самом деле. В других местах повреждения есть?
Бенни приподнял рубашку. На ребрах багровел синяк – Фредди ещё успел его пнуть, прежде чем его оттащил Джейк.
– Это похоже на ботинок, – сказал Славой. – Это не бита.
– Да, – подтвердил Бенни. Когда Алеф надавила на его ребра кончиками пальцев, он вздрогнул, почувствовав странную волну удовольствия, смешанного с болью. Он еще был немного под кайфом, а она стояла очень близко. Он смотрел татуировку на ее предплечье, прослеживая взглядом линии созвездий, и звезды на глазах превращались в шрамы. Бенни потряс головой.
– Ботинки созданы для ходьбы, – вздохнул старик. – Но они сложны. Они не так просты, как бейсбольные биты, пистолеты или пылесосы. Биты хотят бить. Оружие хочет убивать…
– Просто синяк, – сказала Алеф. – По-моему, ребра не сломаны.
– Пылесосы хотят убирать…
Она отвернулась. Бенни разочарованно одернул рубашку.
– У нас дома есть пылесос, который не хочет убирать, – сказал он. – И никогда не хотел. Он не засасывает.
– Это печально, – сказал старик. – Если вакуум не засасывает, он утратил смысл своего существования. Если же ботинок пинает мальчика, он потерял свой нравственный ориентир.
Они находились в служебном туалете в подвале Библиотеки, а Библиотека была закрыта. Как же Бенни попал сюда? Это он весьма смутно помнил. Удар битой, удар ботинком в живот, потом кто-то оттащил от него Фредди. Потом он вскочил и убежал. Держась за ребра и опустив голову, он добрался переулками до Библиотеки перед самым закрытием. Каким-то образом он добрался до Девятого этажа, преодолел страшный пешеходный мост и спрятался под столом в своей кабинке. Голова кружилась от марихуаны и болела от удара, болели ребра, и казалось, что вся Вселенная расширяется и сжимается в ритме этой пульсирующей боли. Где-то вдалеке библиотекари совершали последний обход, собирая разбросанные книги в тележки, колеса которых погромыхивали с небольшими паузами, а затем стихли окончательно. Бенни слышал все мелкие шумы, которые издает здание, устраиваясь на ночь: низкий гул вентиляционных отверстий, гул системы осушения, щелчки, жужжание и вой, производимые панелями, таймерами и автоматическими переключателями, которые управляли обширной и сложной системой вентиляции. Из Переплетной поднимался холодный ветер, издавая глухой тоскливый звук, похожий тот, который издает горлышко бутылки, если в него подуть. Где-то далеко внизу включили пылесос для чистки ковров, и его басовитое гулкое жужжание убаюкало Бенни. Он свернулся калачиком на том боку, который не болел, и заснул. Там и нашла его Алеф несколько часов спустя, и Бенни ещё раз проснулся нос к носу с ее хорьком.
Она только раз взглянула на его лицо и, молча взяв за руку, повела его вниз по застывшему эскалатору, а оттуда по служебной лестнице в подвал. Эхо их шагов заглушал какой-то непонятный гул, который становился тем громче, чем ниже они спускались. Они долго спускались по спирали, пока не добрались до тяжелой двери в подвал, где висела табличка с надписью «Обработка книг – посторонним вход воспрещен». Алеф распахнула дверь, и гул ворвался в лестничный колодец.
– Заходи, – негромко сказала она.
Шагнув в дверной проем, Бенни остановился. Он стоял на краю большого бетонного атриума[51], заставленного тележками и сортировочными столами. Над его головой вилась сложная система пандусов, желобов и конвейерных лент для перемещения книг на пункты их обработки. Раньше он видел всю эту аппаратуру с высоты, зачарованно следя за механическим движением ремней, но сейчас все устройства застыли в неподвижности. Бенни запрокинул голову и поглядел на сводчатый верх нового крыла, где в тусклом свете на девятом этаже поблескивали балки узенького пешеходного моста. Сколько раз он останавливался на этом мосту и смотрел через перила вниз, и вот он здесь, внизу. Бенни шагнул вперед, но Алеф схватила его за руку.
– Нет, не сюда. Там Переплетная. – Она повела его в другую сторону, в комнату для персонала, где ждал Би-мен.
Комната для служебного персонала была обставлена скудно. Там был грязный серый диван; стояли стулья, прослужившие несколько жизней в оформлении разных подразделений библиотеки и переведенные в конце концов в подвал. Имелся и кухонный уголок, оборудованный кофеваркой, микроволновой печью и раковиной. В углу одиноко стоял старый кухонный стол «Hoosier» с оббитой местами белой эмалью на столешнице и крашеными деревянными ножками. Беженец из фермерской кухни 1940-х годов, он выглядел неуместным и невзрачным в безликой служебной обстановке.
Алеф провела Бенни в туалет и наложила повязку – впрочем, это вы уже знаете. Затем она убрала аптечку и отвела его обратно в комнату для персонала и велела лечь на диван. Когда Бенни, освобождая место, отодвинул в сторонку ее куртку и рюкзачок, рюкзак вдруг затрясся. Бенни отпрыгнул, но это оказались всего лишь ВАЗ, которые спали в кармане рюкзака. Они высунули голову, одарили Бенни взглядом, полным обиды и раздражения, и снова скрылись в рюкзаке.
[51] Крытый дворик или просторное помещение высотой в несколько этажей.