Он сложил руки на груди.
— Ты помнишь меня. Ты знаешь, что помнишь, — его голос был мягким. — Я собираюсь заставить тебя признать это.
— Я солгу и скажу, что помню, если ты вернешь мне мой город, — она подняла бровь.
— Этого не случится. Я же сказал тебе, что я всегда побеждаю.
— Ты не выиграешь мои воспоминания, — Холли медленно вдохнула. Она чувствовала теплое давление его икр на свои.
На мгновение в ее мыслях пронеслась та ночь. Его теплые губы на ее губах, тяжесть его тела, когда они сплелись вместе — на нем было нижнее белье, потому что так было лучше. Тепло его кожи, когда он прикасался к ней снова и снова, с дразнящим давлением, которое доводило ее до предела.
— Ты думаешь об этом сейчас? Потому что я да.
— Я думаю о том, как ты будешь злиться, когда потеряешь все, что у тебя есть, — она улыбнулась ему. — И как я буду наслаждаться этим. Возможно, даже сделаю фотографию твоего лица и поставлю ее в рамку.
— Буду рад позировать в любое время. Полагаю, ты поставишь ее рядом со своей кроватью.
— У меня и так достаточно кошмаров, — она допила остатки кофе. — Но спасибо за предложение.
Его глаза опустились к ее губам.
— Тебе снятся кошмары?
Она наклонилась вперед, ее голос понизился.
— Да, снятся, — он тоже наклонился, как будто пытаясь услышать ее. — У меня в голове постоянно возникают образы, как какой-то незнакомый парень крадет мои трусики и забирается ко мне в постель. Это смущает, — она поставила чашку и встала, натягивая пальто, а затем шапку на свои растрепавшиеся волосы. — До свидания, мистер Гербер. Счастливого пути домой. Не разбей свою машину или что-нибудь в этом роде.
Он начал смеяться.
— Ты определенно помнишь.
— Жаль, что ты никогда не узнаешь наверняка. Когда ты вообще уезжаешь из города?
— Позднее, сегодня вечером, — он сделал паузу. — Возможно.
Она надела перчатки.
— Ну, это было бы замечательно, — она повернулась на каблуках и помахала Долорес на прощание, прежде чем еще раз взглянуть на него через плечо.
Его глаза были устремлены на нее, на его губах все еще играла глупая ухмылка.
Потянувшись к двери, она резко вдохнула, радуясь ледяному воздуху, холодившему ее кожу.
Он уезжал сегодня. Это было хорошо. Когда она говорила Эверли, что без проблем сблизится с ним, то чувствовала себя в опасности.
Не из-за Джоша. А из-за себя самой. Она наслаждалась этим больше, чем следовало. И никто лучше нее не знал, что все закончится слезами.
Глава 8
— Что значит, один из нас должен остаться здесь? — глаза Кевина расширились. — Я не могу остаться. Иначе пропущу рождественский концерт моего сына. Жена убьет меня.
— Знаю, — Джош кивнул. — Вам определенно нужно ехать домой. Вы не можете это пропустить.
— И мне нужно, чтобы Элизабет заменила меня на встрече. Завтра на весь день. Я не смогу найти и проинструктировать кого-то еще за такое короткое время.
Джош положил свою руку на плечо Кевина. Тот выглядел так, словно собирался устроить истерику.
— Все в порядке. Я останусь. Вы двое можете уезжать.