— Мира! — возмутились Джесс и Нереус.
Лорд Вейд разжал пальцы, и я мешком рухнула к его ногам, продолжая посмеиваться. Меня трясло от пережитого, но разум упорно отказывался рыдать или выражать ужас и скорбь каким-нибудь более привычным способом. Я почти хохотала.
В голове не укладывалось произошедшее. Я вчера шла через парк, а в глубине леса убивали мою одногруппницу. Может, маньяк схватил ее, пока она возвращалась в общагу. Может, мы с ней разминулись на пару минут.
И вот я сижу на почерневший от огня земле и смеюсь, а ее изуродованное и искореженное тело лежит в метре от меня. И смотрит. Не осуждающе. Ялине просто любопытно, как так вышло.
Мой истерический смех оборвался на судорожном всхлипе. Я умолкла.
Все смотрели на меня со смесью страха и отвращения. Я и выглядела как сумасшедшая, и вела себя соответствующе. Может, в остальных мирах расы не страдали от нервных срывов.
— Простите, — сказала я. — Мне кажется, это какой-то бред. Ялина умерла? Мы же вчера еще с ней виделись на паре по зельеварению.
— Мира, держите себя в руках, — холодно сказала магистр Берск. — Иначе мне придется отправить вас к лекарям, чтобы освидетельствовать, вменяемы вы или нет?
Меня разбирал очередной приступ нервного смеха, однако угрозу куратора я восприняла со всей серьезностью. Если Железная Дева угрожала мне психушкой, тут уж не до шуточек. На Земле еще существовали палаты с мягкими стенами, и даже лекарства. А в Аду? Может, здесь такие расстройства вообще не лечат. Просто запирают странных и буйных в четырех стенах, изолируют от общества и на этом все.
А маги за счет обмена энергией с миром еще и живут долго. Очень долго. Больше двух веков, кто-то вообще может умереть лишь от несчастного случая или от рук конкурентов. Каникулы в приюте для буйнопомешанных меня не прельщали, и я заткнулась.
Джесс прекрасно справлялась с ролью дипломата, а Нереус поддакивал в нужных местах. Я лишь служила экспонатом “Чем чреваты полевые практики для глупых адепток”.
— Ясно, — мрачно произнес Стараг, выслушав полную версию событий от Джесс.
Куратор лишь качала головой. На беду, аккурат в этот момент к нам выскочил запыхавшийся Лайонел.
— Почему я не могу вас дозваться, студенты? — рявкнул он. — Ни один портал не сработал!
— Здесь повсюду навешаны артефакты антимагии, — спокойно пояснила куратор.
А затем развернулась к преподавателю по некромантии и мягко улыбнулось. После такой вежливой многообещающей улыбки слабонервным вроде меня хочется повеситься. Хорошо, что Лайонел уже был трупом.
Глава 32
Нас отослали в главный корпус и усадили в кабинете куратора, велев ждать и не выходить. Я меряла шагами комнату, прокручивая события в памяти кадр за кадром.
Нереус сидел в углу, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу. Он смотрел в одну точку и ни на что не реагировал. Даже мои метания его не раздражали, хотя обычно некромант вел себя куда сварливее.
Джесс тихонько всхлипывала. Магистр Берск усадила ее в свое кресло и накапала успокаивающей настойки ярко-зеленого цвета. Не знаю, что там было намешано, но Джесс не пробрало. Она до сих пор размазывала слезы по лицу, стараясь не слишком громко шмыгать. Перед ней валялось пять комков: платки, которые уже стали непригодны для утирания соплей.
Я тоже не могла успокоиться, вот только мой мозг не позволял просто сесть и поплакать. Он требовал найти угрозу и предпринять хоть что-то, чтобы нейтрализовать ее.
— Я-ялина, — произнесла Джесс, заикаясь, — жила с Тиной.
— Ценная информация, — буркнул Нереус. — И как она нам поможет?
— Пока никак, — ответила я. — В ту ночь на меня наткнулся Аслан. Затем ушел в лес. Мне кажется, он следил за мной.
Повисла пауза. Джесс вдохнула, выдохнула, швырнула на стол куратора очередной платок и возмутилась:
— Почему ты так поздно возвращалась?
— Сама знаешь, мы с Гривуром засиделись. Еще доклад готовила для Берск. Она мне листы выдала, вот только та тварь их сжевала. Придется выпрашивать новые. Еще и конспекты…
— Наша одногруппница умерла, а ты об этом думаешь? — возмутилась Джесс. — Как можно быть такой жестокой?!
— Знаешь, Ялине моя скорбь не поможет. А вот другие девушки еще могут погибнуть, в том числе и ты. И я. Все мы рискуем попасться тому человеку, который так зверски расправился с бедной Ялиной, что она аж стала вурдалаком.
Нереус уронил голову на ладони. Он сгорбился над полом, тяжело дыша, словно собирался выбросить из желудка все лишнее, особенно съеденный пару часов назад бутерброд.