— Привиделось? — нахмурилась Джесс. — Странно. Откуда тогда столько подробностей?
— Я проверила, есть ли там кто, — призналась я. — На ковре даже следов не осталось. Мне показалось.
— Понятно.
Джесс помрачнела. Она оказалась большей паникершей, чем я, и жуткой перестраховщицей. В ее глазах уже появилось осуждение.
— И почему ты шла ночью одна? Хотя бы Гривура предупредила бы, что в коридоре что-то не то.
— Он занят был, — отмахнулась я. — Его новый препод попросил книги принести.
— Да какая разница, — проворчала Джесс, собирая кудри в пучок. — Все равно за полночь возвращалась, могла бы подождать еще пять минут.
— А Гривур все равно не может проводить, — напомнила я. — Он же не выходит из библиотеки.
— Преподавателя попросила бы.
Я с содроганием вспомнила Адамара Вейда, чья аура так сильно меня подавляла. Он был соткан из тьмы и света, черноты и золота. И людей или эльфов с рогами я пока что не встречала. Ходили слухи, что некоторые драконы и оборотни в человеческой ипостаси оставляют их, но то ли в Академии был лишь один огнедышащий ящер, то ли перевертыши стеснялись. Рогатых мы не встречали. Разве что Гривура.
Джесс сунула мне в руки кружку обжигающе горячего отвара и выпроводила в Академию. Да, мой день почти всегда начинался чуть раньше, чем у остальных. Магистр Берск решила, что ей жизненно необходимо контролировать каждый мой шаг. Это выливалось в почти ежедневные встречи у нее в пропахшем кофе кабинете и обсуждение моих успехов и промахов. И что-то я ни разу не слышала от нее похвалы.
Мой перевод приняли. Выдали следующий лист, попросили доработать первый кусок текста и соединить его со вторым.
— Сколько можно? — сказала я Нереусу, плюхаясь на подоконник. — Мне опять выдали задание.
— Старое не сдала? — уточнил некромант, жуя бутерброд. — Берск орала?
Не удержавшись, некромант зевнул. Не потому, что его мои проблемы не интересовали. Просто у Нереуса была лишь одна любовь — сон. И Академия так и норовила их разлучить. Парень приползал на пары заспанный и завтракал на ходу. В плохие дни, то есть по понедельникам и пятницам, Нереус тихо ненавидел весь мир, и обсудить с ним что-то веселое и интересное было невозможно. Его плохое настроение оказывалось заразным. К счастью, сегодня был вторник.
— Вот теперь будешь знать, — продолжил некромант, — как преподам клички давать.
— Меня так просто не остановить.
— Ну-ка, — подначил Нереус. — Кто у нас Лайонел?
— Живяк. Потому что серый и с трупными пятнами, а ходит.
— Двойка тебе, — ухмыльнулся некромант. — То, что ты описала, называют умертвием. Давай еще кого-нибудь.
— Новый препод, — выдала я.
— Его еще не видел.
— Она с ним в библиотеке встретилась, пока с Гривуром развлекалась, — сдала меня подоспевшая Джесс.
— Чего-о-о? — поперхнулся Нереус.
— Да йоль мы пили, — возмутилась я. — У нас крепкая мужская дружба.
— Чего-о-о? — повторил Нереус. — Ты ж вроде девка, не?
— Девки в деревенском трактире услуги предлагают, а я девушка! Адептка Волкова.
— Так и какое прозвище ты там выдала? — напомнила о теме разговора Джесс.
Я была стреляным зайцем в этом деле, поэтому аккуратно посмотрела налево, потом направо, потом в окно. Еще раз огляделась. Преподавателей нигде не было. Новых — особенно. И все равно я понизила голос до трагического шепота, прежде чем озвучить кличку:
— Рогалик.