Я позволил ей вести меня, стараясь не обращать внимания, как Амир непринужденно кружит Лили. Я попытался было ему подражать, хоть и понимал, что не стоит этого делать, и нечаянно ударил Николь локтем по ребрам.
– Извини. Я сказал тебе правду, я действительно не умею танцевать.
– Да уж вижу. – Николь явно не нравилось, как неловко, еле касаясь, я держал ее за талию. – Вот бы кто поучил тебя двигаться как нормальный человек.
Я поменял позицию.
– Так лучше?
– Нет.
– Прекрасно.
Кто-то – видимо, Донни – толкнул меня в спину, и я впечатался в грудь Николь. Она вспыхнула.
– Какой же ты дикарь.
– Послушай, Николь, – произнес я, решив, что ситуация располагает, – нам с тобой как-то не удавалось поговорить о…
Она покачала головой:
– Нет. Я не желаю это обсуждать.
– Но я так и не извинился…
– За что?
– Не знаю. Мне просто казалось странным, что мы делаем вид, будто ничего не было.
Николь поморщилась.
– Иден?
– Что?
– Теперь ты слишком сильно в меня вцепился.
– Черт, извини.
Она убрала руки с моих плеч.
– Это правда, что ты с ней мутишь?
Я замер. Чей-то острый каблук вонзился в большой палец моей ноги.
– Что?
– С этой лохматой тихоней. Катей.
– Ее зовут Кайла. – Я пошевелил ступней, чувствуя, как на ней наливается синяк.
– Говорят, вас видели вместе в классе во время обеда. – Она отстранилась. – Она сегодня здесь?
– Нет, я не видел ее, но…
Краем глаза я наконец заметил Софию: облегающее черное платье, выпрямленные волосы рассыпались по плечам, в ушах серьги на длинных золотых цепочках, подведенные глаза кажутся темными и блестят. Она стояла в сторонке, разговаривала с Эваном, он был в смокинге с красной бабочкой. Кровь застыла у меня в жилах.
Николь завертела головой: