А дело всё в том, что Юлле не больно-то любит школу и поэтому иногда пропускает занятия. Я даже обрадовалась немножко, что мама теперь сердилась на Юлле, а не на меня.
Когда мама пришла укладывать нас с Бланкой, она села на стул между нашими кроватями и раскрыла новую книгу — «Сказания о греческих героях». Мы получили её в подарок на Рождество, но ещё не успели прочитать.
— Вот что, девочки, — начала мама. — Мне не нравится, что вы ссоритесь. Вы сёстры и должны заботиться друг о друге.
— Астрид меня ударила, — пропищала Бланка.
— А Бланка дразнилась, — произнесла я как можно жалобнее.
— Бланка не должна дразниться. А ты — драться, — сказала мне мама.
— Вот если бы у меня была своя комната… — вздохнула я.
— И у меня, — подхватила Бланка.
— Сначала должен переехать Данте, — сказала мама и сняла свитер. — Господи, здесь все тридцать градусов! — Она распахнула окно и впустила в комнату холодный зимний воздух. Потом подоткнула нам по очереди одеяла и положила моего медвежонка ко мне на подушку.
— Мамочка, налей мне бутылку с тёплой водой, пожалуйста, — попросила я.
— И мне, — сказала Бланка.
Мама исполнила нашу просьбу, а потом прочитала нам про Тесея, убившего в Лабиринте Минотавра.
Мы уже почти заснули, когда Бланка пробормотала:
— Прости, что я тебя дразнила.
— Прости, что я тебя ударила, — прошептала я в ответ.
— В следующий раз можешь немножко поиграть в мой «Майнкрафт», если хочешь, — сказала Бланка.
— Спасибо.
Бланка здорово играет в «Майнкрафт», она там много всего понастроила в последнее время.
А потом у меня был долгий час размышлений. Но, прежде чем заснуть, я вспомнила, какая гадкая картошка у нас в школьной столовой.
Глава 5
— Всё, хватит с нас этих странных приступов. Нет у тебя никакой аллергии, — сказала мама однажды утром, когда я в сто пятый раз попросила её и папу написать мне записку, чтобы меня не заставляли есть в школе картошку.
А я только что узнала, что на обед будут котлеты. И наверняка с картошкой. Как всегда.
— Почему ты не можешь есть нормальную еду, как нормальные люди? — простонал Юлле, заливая в себя литр какао.
— Кто бы говорил! Сам-то храпишь как медведь! Вот это ненормально!
— Ну сколько можно! — вздохнула Бланка.
— Кстати, о картошке. Не купить ли нам фритюрницу? — сказал папа. Вечно он со своими безумными идеями, вместо того чтобы выслушать как следует.
Я отодвинулась подальше от Юлле. Чавкает — хоть уши затыкай. Будто водопад булькает.
— Школьная картошка? Она по-прежнему тёмно-зелёная? — усмехнулся Данте.
Я с благодарностью посмотрела на старшего брата. Иногда Данте — единственный, кто меня слышит и понимает. Ну почему никто больше не верит, что школьная картошка просто отвратительная!