Наш Буденный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Послав войска буржуазно-помещичьей Польши на советскую землю, Антанта начала новый поход на первое в мире государство рабочих и крестьян… Мы не одиноки в борьбе, миролюбивую политику Советского правительства поддерживает закаленный в революционной борьбе польский пролетариат и беднейшее крестьянство польских деревень.

Рассказав о большом патриотическом подъеме, охватившем фабрики и заводы, М. И. Калинин на память привел слова В. И. Ленина, сказанные на объединенном заседании ВЦИК, Московского Совета, профсоюзов и фабрично-заводских комитетов: «…раз дело дошло до войны, то все должно быть подчинено интересам войны, вся внутренняя жизнь страны должна быть подчинена войне, ни малейшее колебание на этот счет недопустимо».

Объезжая кавдивизии и бригады, М. И. Калинин повсюду объяснял конармейцам справедливый, освободительный характер войны против белопанской Польши. Сопровождая его в этой поездке, С. М. Буденный учился умению разговаривать с людьми, доходчиво и просто объяснять сложные политические вопросы. М. И. Калинин, беседуя с бойцами, часто задавал им вопросы, и командарму было приятно слушать ответы, свидетельствовавшие о понимании конармейцами своей высокой миссии.

В боях на Западе

Директивой штаба Юго-Западного фронта 1-й Конармии была поставлена боевая задача. Используя разобщенность двух группировок белопольских войск на Украине — киевской и одесской, командующий фронтом решил прежде всего разгромить наиболее крупную — киевскую. С этой целью 1-й Конной — ударной группировке фронта — надлежало перейти в наступление вразрез между двумя группировками противника, захватить район Казатин — Бердичев и, повернув на северо-восток, ударить в тыл белополякам, находившимся в районе Киева.

Буденный отчетливо представлял трудности выполнения боевой задачи. Командующий фронтом не смог выделить в помощь конармейцам ни одной стрелковой дивизии. А впереди хорошо подготовленные в инженерном отношении оборонительные позиции врага. На подступах к ним действуют многочисленные петлюровские банды. Успех во многом зависел от смелых, инициативных и решительных действий. Поскольку наступление 1-й Конармии планировалось на широком, шестидесятиверстном, фронте, в высоких темпах (по тридцать — сорок верст в сутки), была продумана система связи между штабом и соединениями с использованием условных сигналов.

Наступление на казатинском направлении Конармия начала 27 мая. Первой в соприкосновение с белопольскими пехотными частями вошла 6-я кавдивизия в районе села Сологубовка. И панские жолнежи сразу почувствовали ее силу. В тот же день 4-я кавдивизия на реке Березянке столкнулась с передовыми эскадронами крупной конной группы противника, a 11-я кавдивизия подошла к сильно укрепленному опорному пункту Дзюканов. Поздно ночью, получив донесения из частей и при свете керосиновой лампы просматривая их вместе с К. Е. Ворошиловым, командарм подвел итоги первых схваток: удалось установить конфигурацию и характер обороны, состав некоторых соединений противника, а самое главное — способность их к сопротивлению.

Трое суток с переменным успехом гремели бои. Однако прорвать подготовленную за несколько недель оборону неприятеля буденновцы не смогли. Многое пришлось передумать Семену Михайловичу в эти тревожные дни и бессонные ночи, многое пришлось пересмотреть штабу 1-й Конной, ее командирам и политработникам. Привычные, выработанные в сражениях на Южном и Кавказском фронтах тактические приемы борьбы, развертывавшейся, как правило, на равнинах, теперь следовало менять. Если ранее тактика буденновцев определялась обходами и охватами противника, внезапными ударами по флангам и с тыла, завершавшимися стремительными атаками в конном строю, то теперь бои с противником, располагавшим сильной пехотой, прочными оборонительными сооружениями, имевшим хорошо подготовленные кавалерийские части, требовали иных приемов.

Неудачи наступления определялись и другими обстоятельствами. Оказалось, что перед конармейцами находится не одна пехотная дивизия противника, как указывалось в оперативных документах фронта, а две, да еще крупные конные части. К тому же нашей 12-й армии, наступавшей правее, не удалось переправиться через Днепр севернее Киева. Но каковы бы ни были причины этих неудач, задачу следовало выполнять. С. М. Буденный всегда считался с мнением подчиненных. И на сей раз, прежде чем отдать приказ, решил проверить все соображения и сомнения в обстоятельном разговоре со старшими командирами. В полевой штаб съехались начдивы и комиссары дивизий, начальники штабов и начальники политотделов — С. К. Тимошенко, Ф. М. Морозов, А. Я. Пархоменко, Д. Д. Коротчаев, П. В. Бахтуров, А. В. Хрулев, П. К. Случевский, К. И. Озолин и другие. У каждого имелись свои мысли о том, как надо бороться с противником в новых условиях. Подводя итоги совещания, Семен Михайлович сказал:

— Так, как мы начали воевать на белопольском фронте, не годится, товарищи. Нельзя брать противника на «ура». Мы должны найти новые тактические формы применительно к условиям, которые навязывает умный и сильный противник. Всякий бой следует выигрывать и тут же развивать неотступное преследование врага.

Конкретные предложения командарма были отражены в специальном приказе, рекомендовавшем ряд новых тактических приемов. Приказ требовал сочетать атаки в пешем строю с фланговыми ударами конных подразделений. Давались практические советы об использовании пулеметных тачанок и полковых пушек, о сторожевом охранении и усилении разведки. Изученный во всех эскадронах, приказ этот помог командирам организовать более эффективные удары по врагу. Он стал формулой совершенствования боевого мастерства буденновцев.

Туманным утром 5 июня после перегруппировки 1-я Конармия пошла на прорыв обороны белополяков. По замыслу Буденного, главные силы армии наносили мощный удар там, где, как установила разведка, находился стык между фланговыми дивизиями двух армий противника.

Спешенные эскадроны первого эшелона, сопровождаемые бронеавтомобилями, без выстрелов двинулись вперед. Белополяки открыли сильный огонь, и эскадронам пришлось залечь. Тогда командарм приказал огнем артиллерийских дивизионов подготовить вторую атаку. Загремели пушки. Вместе с начдивом-14 А. Я. Пархоменко и полуэскадроном ординарцев командарм поскакал на высоты, куда вот-вот должны были подойти основные силы 14-й кавдивизии. С холма, увенчанного ветряной мельницей, он разглядел в бинокль группу неприятельской конницы, видимо, несущей охрану стыка между опорными пунктами обороны. Решение созрело мгновенно. Во главе оказавшегося под рукой передового эскадрона Буденный помчался в атаку. Бой с уланами был стремительный, короткий. Через несколько минут в лощину подскакали полки 14-й кавдивизии, и А. Я. Пархоменко повел их в обход опорного пункта белополяков.

Наметился успех и у 4-й кавдивизии. Ее спешенные эскадроны энергично штурмовали позиции вражеской пехоты. Буденновцы набрасывали на проволочные заграждения бревна, шинели, рубили проволоку шашками, рвали гранатами. И вскоре бой закипел в траншеях. Командарм, наблюдавший за ходом боя в бинокль, заметил, как из леса выдвигается крупная кавалерийская часть. Это была уланская бригада, намеревавшаяся контратаковать буденновцев с фланга. «Успеют ли хлопцы перестроиться?» — подумал Семен Михайлович. Но едва белополяки, выхватив палаши, двинулись вперед, застрочил пулемет. По замешкавшимся уланам ударила бригада Федора Литунова. Вражеская контратака оказалась сорванной.

К полудню выглянуло солнце, освещая бегущих белополяков. Фронт прорван! В горловину прорыва вливались новые и новые кавалерийские части. Буденновцы крупной рысью продолжали двигаться вперед на тылы киевской группировки противника. Вечером командарм получил радостные донесения. Громя по пути небольшие гарнизоны белополяков, конармейцы углубились на два с лишним десятка верст в оперативное расположение неприятеля. Но, несмотря на достигнутый успех, обстановка усложнилась. Ничего не было известно о судьбе соседних армий, связь со штабом фронта оборвалась.

Реввоенсовет 1-й Конной решал задачи со многими неизвестными. В полевом штабе рассматривались два предложения: овладеть железнодорожным узлом Казатин, как поначалу предписывала директива штаба фронта, или повернуть на Бердичев и Житомир — разрезать надвое весь фронт противника. Выло над чем призадуматься! Бои за сильно укрепленный Казатин наверняка сковали бы 1-ю Конармию на несколько суток. Наступая на Бердичев и Житомир, можно было разгромить неприятельские штабы, прервать связь между группировками противника, перехватить важные коммуникации. После обстоятельного обсуждения был отдан приказ: 4-й кавдивизии захватить Житомир, а 11-й — Бердичев; склады с оружием и боеприпасами иностранного образца взрывать; пленных офицеров препровождать в полевой штаб, а солдат обезоруживать и распускать по домам.

Менее суток длился житомирско-бердичевский рейд, возглавляемый начдивами Д. Д. Коротчаевьм и Ф. М. Морозовым. Внезапно ворвались конники в Житомир, вывели из строя связь с Киевом и другими городами, взорвали железнодорожный мост и артиллерийский арсенал, захватили продовольственные склады и эшелон с кавалерийскими конями. Значительно труднее сложилось все у Ф. М. Морозова. Засевшие в Бердичеве белополяки оказали сильное сопротивление. Только к полуночи всадникам удалось ворваться в город, перерезать провода связи, уничтожить склады с миллионом снарядов, вывести из строя железнодорожные пути.

Рейд буденновцев ошеломил белополяков. С выходом в район Житомира и Бердичева конармейцы углубились в расположение противника почти на полтораста верст. Но что происходило под Киевом и в самом Киеве, С. М. Буденный не знал. Связи со штабом фронта не было, по-прежнему приходилось действовать на свой страх и риск.

Размышляя, куда противник отведет свои части из-под Киева, командарм пришел к выводу, что наиболее вероятным направлением может быть железная дорога Киев — Коростень. Он послал туда специальный отряд, приказав ему разрушить железнодорожный мост; другому отряду поручил оседлать шоссе Киев — Житомир. Основными же силами С. М. Буденный решил действовать навстречу войскам нашей 12-й армии. Это был смелый замысел. Однако, как только начались приготовления к задуманному маневру, пришла радиограмма из штаба фронта: «Безотлагательно поверните на запад».

Приказ есть приказ. К вечеру 11 июня части Конармии достигли Коростышева, перехватили шоссе Житомир — Киев, перерезали железную дорогу Киев — Фастов — Житомир и Киев — Казатин. Все пути отхода неприятелю оказались отрезанными. Но связь со штабом фронта вновь нарушилась. Беспокоило Семена Михайловича и то, что за неделю боев и форсированных маршей в дивизиях израсходовали фураж, истощился боезапас. Обозы со снаряжением, продовольствием и фуражом далеко за линией фронта. Выход один — трофеи.

1-я Конармия подвергалась массированным налетам вражеских аэропланов. Конармейцы впервые встретились с воздушным противником. Поначалу его налетам в дивизиях и полках не оказывалось сопротивления— конники рассыпались по полю или укрывались в перелесках. С. М. Буденный потребовал, чтобы при появлении аэропланов полки расчленялись поэскадронно или повзводно и продолжали движение, а дежурные подразделения вели по самолетам прицельный огонь.

Наконец установилась более надежная связь со штабом фронта. Обстановка сложилась несколько иначе, чем там предполагали, — 3-я армия белополяков отходила из Киевского района не на Казатин и Житомир, а в северо-западном направлении — на Коростень. 1-я Конармия, находившаяся у Житомира, оказалась удаленной на сто верст от 12-й армии, преследовавшей противника, и, конечно, не только окружить белополяков, но и перехватить пути их отхода не успевала. Почему же разумно задуманная операция по ликвидации киевской группировки белополяков не получила завершения? Раздумывая над этим, Семен Михайлович искал причины, помешавшие полностью выполнить боевую задачу. По-видимому, сказалось и замедленное продвижение 12-й армии, которую задержали взорванные белополяками мосты через Днепр, и отсутствии надежной связи со штабом фронта, и недостаток опыта по окружению крупных войсковых группировок противника, и промахи в действиях некоторых командиров-конармейцев. Но как бы там ни было, это не смогло затмить общего успеха войск Юго-Западного фронта, отбросивших оккупантов на двести верст, давших возможность войскам соседнего, Западного фронта подготовиться к контрнаступлению.

Уже десять суток 1-я Конная совершала рейд по Южному Полесью. Семен Михайлович спал по два часа в сутки не раздеваясь, не снимая сапог. Проливные дожди размыли дороги, вздули болота, которыми изобиловала местность. Орудия и тачанки вручную вытягивали из липкой грязи. И люди, и кони выбивались из сил. Сказывался недостаток в боеприпасах, продовольствии, фураже. Реввоенсовет 1-й Конной решил дать бойцам и коням небольшой отдых.

Передышка была кратковременной. Вечером 16 июня пришел приказ—1-й Конармии с приданными ей 45-й стрелковой дивизией И. Э. Якира и кавбригадой Г. И. Котовского овладеть районом Новоград-Волынского, а затем развивать наступление на Ровно. Трудность выполнения задачи заключалась в том, что две дивизии вели бои далеко — под Коростенем. С. М. Буденный, поразмыслив над обстановкой, предложил штабу фронта свой вариант действий: армию поделить на две части; главный удар нанести по Новоград-Волынскому, одновременно обходя с флангов коростенскую группировку белополяков. Смелый план получил одобрение командующего фронтом А. И. Егорова.

Маневрируя, изматывая противника, конармейцы приблизились к городу, затянутому дымом пожаров. Не давая передохнуть противнику, Семен Михайлович повел конармейцев на штурм. Белополяки окапывали сильное сопротивление. Бой затянулся до глубокой ночи. К утру все же буденновцы ворвались на улицы города. Над домами взвивались красные флаги, население приветствовало освободителей.

Овладение Новоград-Волынским явилось новой крупной победой 1-й Конармии. Ее успехи признавал и противник. Для борьбы против советской конницы пилсудчиками выдвигались резервные соединения. А 1-й Конной предстояло стремительно и дерзко преодолеть реки Корчик и Горынь, пройти восемьдесят верст и занять Ровно.

Сидя над картой, С. М. Буденный прикидывал варианты наступления, делился мыслями с работниками штаба, где и какими силами нанести главный удар. Правым флангом? Но там болотистая местность, топи, да и возможны контратаки со стороны противника. Наступать по шоссе, в лоб? Значит, противоречить своему же приказу, запрещающему лобовые атаки конницы на сильно укрепленные позиции противника. Выходило — лучше всего ударить по правому флангу противника, где и оборона слабее и, как утверждают местные крестьяне, на Горыни есть песчаные броды.

Жаркими днями 2 и 3 июля конармейцы сбили противника с его позиций и захватили небольшие плацдармы на западном берегу Горыни. К ночи 4 июля в сильную грозу ударная группа 1-й Конармии еще продвинулась на запад, железнодорожный узел Здолбунов был взят.

По шоссе с севера белополяки пустили танки и полк легионеров. Контратаку поддерживали три бронепоезда. Семену Михайловичу, находившемуся на командном пункте, было видно, как попятились озадаченные бойцы при виде стальных машин. Буденновцы встретились с танками впервые. Выручили артиллеристы. Выкатив орудия на железнодорожную насыпь, они разом открыли огонь и по бронепоездам, и по танкам. С первых выстрелов удалось взорвать котел паровоза ближайшего бронепоезда, поджечь головные танки. Вид горящих машин ободрил конармейцев, внес сумятицу в ряды белополяков. На плечах противника под железный вой снарядов красные конники стали приближаться к Ровно.

Город оказался в полукольце наступавших войск. Белопольские легионеры приспособили для обороны дома, цеплялись за каждую улицу. Но паника уже бушевала среди вражеских солдат. Многие роты без приказа пятились на север, к единственной горловине, через которую еще можно было вырваться из охваченного огнем города. Блестяще задуманный план Буденного осуществлен! Командарм со своим штабом въехал в Ровно. На скорую руку подсчитали основные трофеи: два бронепоезда, эшелон с военным имуществом, два танка, обозы, свыше тысячи лошадей. Глубокой ночью в отеле «Версаль», занятом под полевой штаб, С. М. Буденный и К. Е. Ворошилов составили телеграмму, адресованную В. И. Ленину и М. И. Калинину: «Город Ровно 4 июля в 23 часа взят доблестными частями 1-й Конной армии. Враг, оставив много убитых и пленных, а также трофеи, под ударами наших частей в панике отступил в северном и западном направлениях. Ясновельможный пан Пилсудский может быть уверен, что его подлая авантюра жестоко будет разбита саблями красных бойцов 1-й Конной армии».