Наш Буденный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пожалуй, нет в нашей стране человека, который бы не слышал о трижды Герое Советского Союза Семене Михайловиче Буденном. Многим людям старшего поколения довелось вместе с ним делить боевые невзгоды и радость побед на фронтах гражданской войны. Другие, более молодые, служили в рядах армий, сражавшихся с врагом на полях тех стратегических направлений, где войсками в суровую пору Великой Отечественной войны командовал Маршал Советского Союза С. М. Буденный. Юное поколение знает легендарного советского полководца, этого необыкновенного человека, вышедшего из народных глубин и отдавшего служению народу всю жизнь, по кинофильмам, пьесам и песням, по его автобиографическим книгам.

Солдатский вожак

Род Буденных происходит из малоземельных крестьян Воронежской губернии. После отмены крепостного права дед Иван со всей своей семьей в поисках сносной жизни перекочевал на Дон и вместе со старшим сыном Михаилом стал батрачить у богатых казаков, переходя из станицы в станицу. Женившись на крестьянке, тоже из бывших крепостных, Меланье Никитичне Емченко, девушке умной и работящей, Михаил Буденный поселился неподалеку от станицы Платовской на хуторе Козюрин. Там 25 апреля 1883 года в его семье и родился мальчик. Назвали его Семеном.

Безрадостным было детство сына батрака. В девять лет его определили мальчиком на побегушках в магазин купца Яцкина. С утра до ночи выполнял грязную и зачастую непосильную работу: мыл полы, чистил хозяйскую обувь, колол дрова, таскал из колодца воду, а когда немного подрос, купец послал его в кузницу. Там ремонтировали плуги, ковали коней, изготовляли подковы. Подросток запомнил день, когда ему удалось отковать подкову. Бородатый старик кузнец, одобрив работу, сказал:

— Возьми ее себе на счастье…

Но до счастья было еще далеко. Пришлось поработать у того же купца Яцкина на локомобильной молотилке смазчиком, кочегаром, машинистом. Осенью 1903 года его призвали в армию, определили в конницу и в начале русско-японской войны направили в далекую Маньчжурию. Семен Буденный стал рядовым 46-го казачьего полка, участвовал в боях.

Когда война окончилась, Буденного перевели в Приморский драгунский полк, квартировавший неподалеку от Владивостока. Докатившееся сюда эхо расстрела рабочих у Зимнего дворца и баррикадных боев на Красной Пресне в Москве будоражило солдат. Сильное впечатление на Семена Буденного произвела листовка, в которой было написано: «Земля должна принадлежать тем, кто ее обрабатывает!» В тот тревожный год он впервые услышал о большевиках, про которых солдаты, таясь начальства, говорили шепотом.

Воинскую службу молодой драгун нес исправно и вскоре стал одним из лучших в полку наездников и фехтовальщиков. В 1907 году его направили в Петербургскую школу наездников при Высшей офицерской кавалерийской школе. Заманчиво было побывать в столице, да и учеба давала преимущества при увольнении в запас. Наездник, отслуживший срок действительной службы в армии, мог поступить берейтором на конный завод, а их на Дону было немало.

Столица поразила Семена Буденного социальными контрастами: пышностью дворцов и нищетой заводских окраин. В первое свободное воскресенье, начистив до блеска сапоги, драгун пошел на Дворцовую площадь и, любуясь красотой Зимнего дворца, невольно бросал взгляды на мостовую, словно ожидая увидеть следы невинной крови, пролитой тут в январе 1905 года. С гранитной набережной Невы он долго смотрел на Петропавловскую крепость, в сырых казематах которой, как сказал знакомый рабочий-путиловец, томились лучшие люди России…

На занятиях в школе наездников Семен Буденный получал отличные оценки, а на конных состязаниях занял первое место. Ему присвоили звание младшего унтер-офицера. Хотелось закончить второй год обучения, чтобы остаться в школе инструктором-наездником, но не пришлось. Отозвали драгуна в полк, и он снова пересек всю Россию, едучи из города на Неве под Владивосток.

Когда срок действительной службы в армии истек, Семен Буденный остался в полку сверхсрочником. Чем мог — помогал родителям. Письма от них приходили редко. Были в них бесконечные поклоны да жалобы на житье-бытье. Хотелось повидать отца с матерью, и летом 1914 года старший унтер-офицер, получив кратковременный отпуск, отправился в станицу Платовскую, куда перебралась вся семья. Там, на Дону, и застала его первая мировая война.

Вместе с мобилизованными из запаса сверхсрочника Семена Буденного направили в Армавир, к месту расквартирования запасного драгунского дивизиона. А вскоре он оказался на фронте — его определили взводным унтер-офицером 5-го эскадрона в 18-й Северский драгунский полк Кавказской кавалерийской дивизии. И вот первое боевое задание: во главе взвода провести разведку в районе польского местечка Бжезины. Лихой взвод захватил в плен около двухсот вражеских солдат, двух офицеров и десятки повозок с обмундированием. Все солдаты получили георгиевские медали «За храбрость», а старшего унтер-офицера Семена Буденного отметили Георгиевским крестом 4-й степени.

Но недолго он носил этот знак отличия. Вскоре кавалерийскую дивизию перебросили на Кавказ в район Тифлиса. Здесь и произошло событие, едва не стоившее Буденному жизни. Защищая интересы солдат, Семен Михайлович поссорился со своим начальником — вахмистром и в запальчивости ударил обидчика.

— Не выдадим тебя, Семен, — в один голос сказали солдаты.

Обозленный вахмистр пожаловался начальству. Но на все расспросы полкового следователя солдаты отвечали, что вахмистра, мол, ударил норовистый конь. Через неделю драгун построили в каре, вынесли полковой штандарт. Послышалась команда:

— Старшему унтер-офицеру Буденному на середину, галопом, марш!

Драгуны замерли. Адъютант полка зачитал приказ, в котором говорилось, что за совершенное преступление Буденный подлежит преданию полевому суду и расстрелу… Офицер сделал паузу и продолжал:

— Но, учитывая честную и безупречную службу, решено: под суд Буденного не отдавать, а ограничиться лишением его Георгиевского креста 4-й степени.

Вздох облегчения пронесся по рядам: Семена Буденного любили в полку.

В конце 1914 года Кавказская кавалерийская дивизия походным порядком выступила на русско-турецкий фронт. Шли ускоренным маршем по размытым горным дорогам вдоль персидской границы. В первом же бою, под городом Ван, Семен Буденный отличился. Его взвод проник во второй эшелон турецких войск и атаковал трехпушечную батарею. Орудийные расчеты были порублены, а новенькие пушки конной тягой вывезены в расположение 18-го драгунского полка. За дерзкую вылазку «проштрафившийся» унтер снова был награжден Георгиевским крестом 4-й степени.

После взятия города Ван дивизию погрузили в товарные вагоны и перебросили в Баку, оттуда — через Дон на Украину, в тихий, зеленый городок Проскуров, а из Проскурова — опять в Баку. Зачем нужны были такие переброски, никто не мог взять в толк. В Баку Кавказскую кавалерийскую дивизию включили в состав экспедиционного корпуса и на пароходах через Каспийское море переправили в Персию.

В середине января 1916 года дивизия походным порядком двинулась на Багдад. Нищета персидских деревень поражала солдат. Во время привалов и дневок они отдавали голодным женщинам и детям хлебные пайки, отсыпали из седельных торб горсти овса. Бескорыстная доброта драгун к бедному люду вызывала недовольство начальства. Оно запрещало это делать, но Семен Михайлович словно не замечал милосердия подчиненных и, вспоминая о своих многочисленных племянниках и племянницах, сам норовил сунуть босоногим мальчишкам и девчонкам то кусок сахару, то ржаной сухарь.

Узнав о движении русских войск, турецкое командование приняло все меры к тому, чтобы задержать их. Отряды врага днем и ночью нападали на колонны и обозы. В стычках этих Семен Буденный показал мастерство владения оружием, незаурядную храбрость и был награжден еще одним Георгиевским крестом, теперь уже 3-й степени. Много драгун погибло на пути в Багдад. Но Семен Михайлович был неуязвим, ибо не было равного ему по ловкости, лихости и точности сабельного удара. Его взводу пришлось самостоятельно действовать в тылу противника. Весь взвод получил награды, а старшего унтер-офицера Семена Буденного отметили Георгиевским крестом 2-й степени.

Под Керманшахом экспедиционный корпус, натолкнувшись на сильное сопротивление противника, перешел к обороне. Турецкое командование наращивало силы, к линии фронта выдвигались свежие части, и в это время особенно нужны были «языки». Однажды с четырьмя солдатами под покровом ночной темноты через заграждения из колючей проволоки Семен Буденный проник в расположение противника. Лазутчики скрытно добрались до третьей линии траншей, захватили шестерых солдат и старшего унтер-офицера. За этот подвиг Семен Буденный был награжден Георгиевским крестом 1-й степени и таким образом стал обладателем полного банта георгиевского кавалера.

Весь 1916-й и начало 1917 года Кавказская кавалерийская дивизия провела на чужбине. Вести с родины приходили редко, в них чувствовалась тревога. В немногочисленных письмах, получаемых драгунами из дому, угадывалось, что в народе нарастает недовольство и войной, и самодержавием. Солдаты все чаще задумывались над своей нелегкой долей. Они жаждали мира, рвались домой, в родные места. Подобные чувства все больше охватывали и Семена Буденного.

В марте 1917 года дивизию отвели с фронта, сосредоточили в порту Энзели (Пехлеви). Предстояла переброска на Западный фронт. Грузились на транспортные суда весело, с песнями. На какое-то время все опасности войны оставались за горами. В портовой сутолоке от одного из драгун, только что прибывшего в полк, Семен Михайлович узнал, что в России революция:

— Царю дали по шапке, повсюду митинги и красные флаги…

Весть эта произвела впечатление разорвавшейся бомбы. В случившееся верили и не верили — по слухам, революция свершилась добрых две недели назад, а в полку все оставалось по-прежнему. Но после погрузки командир эскадрона, построив людей, объявил:

— Император Николай II отрекся от престола. Создано Временное правительство, на него возложено управление страной до созыва Учредительного собрания.