Нянюшка Ягг задумалась. Широчайшие познания в области языков подвели ее.
— Я оставлю тебя на минуту, — сказала она, поставила бокал ему на голову и принялась пробираться сквозь толпу, пока не увидела какую-то герцогиню и не ткнула ее локтем в область бюста. — Эй, ваша светлость, что такое тететет?
— Прошу прощения?
— Тететет? Этим занимаются в одежде или как-нибудь по-другому?
— Это означает «интимная встреча», милая женщина.
— И все? Ого.
Нянюшка локтями пробила дорогу обратно к вибрирующему от желания гному.
— Договорились, — кивнула она.
— Я предлагаю поужинать вместе, только ты и я, — поклонился гном. — В одной из таверн.
Никогда еще за всю долгую историю романтических приключений никто не приглашал нянюшку Ягг на интимный обед. Ухаживания за ней отличались скорее количеством, чем качеством.
— Э-э, по рукам, — только и смогла выговорить она.
— Избавься от дуэньи и жди меня в шесть часов.
Нянюшка бросила взгляд на матушку Ветровоск, которая неодобрительно взирала на нее с некоторого расстояния.
— Но она вовсе не моя дуэнья… — начала было нянюшка Ягг.
Однако потом до нее дошло, что Казанунда просто не мог принять матушку Ветровоск за ее дуэнью.
Комплименты и лесть тоже не числились среди достоинств бывших кавалеров нянюшки Ягг.
— Да, хорошо, — сказала она.
— А я пока смешаюсь с толпой, дабы не повредить твоей репутации, — промолвил Казанунда, наклонился и поцеловал нянюшке руку.
От удивления она широко открыла рот. Никто никогда не целовал ей руку, и никто никогда не беспокоился о ее репутации — тем более сама нянюшка Ягг.
Когда второй лучший в мире любовник пристал к какой-то графине, матушка Ветровоск, наблюдавшая за происходящим с почтительного расстояния[73], добродушно фыркнула:
— Гита Ягг, у тебя нравственность хуже, чем у кошки.
— Перестань, Эсме, ты знаешь, что это неправда.
— Ну, хорошо. Тогда у тебя нравственность, как у кошки.
— Это уже лучше.
Нянюшка Ягг пригладила свои седые кудри и прикинула, есть ли у нее время сбегать домой и надеть пару-другую корсетов.
— Гита, мы должны быть начеку.
— Да, да, конечно.
— И не должны допускать, чтобы другие соображения сбивали нас с толку.
— Нет, конечно.
— Ты слышишь, что я говорю?
[73] Это означает, что она стояла достаточно далеко, чтобы никто не подумал, будто она вмешивается в разговор, но достаточно близко, чтобы иметь четкое представление о том, что происходит.