— Ты что, какое-нибудь лекарство принимаешь? — поинтересовался кровельщик Ткач.
— Просто пытаюсь вжиться в роль, — ответил Возчик. — Так обычно изъясняются городские по… по… повисельники.
— А кто они такие, эти повисельники? — удивился ткач Пекарь.
— Насколько понимаю, они обычно ходят с куртизанами. Так мне кажется, — пожал плечами пекарь Возчик.
— Кстати, я спросил у мамы, кто такие куртизаны, — сообщил Джейсон.
— Да?
— Она сказала, это те, кто по лесам лазает. А вокруг нас сплошной лес, значит, это мы.
— Так мы еще и городские повисельники? — спросил ткач Пекарь.
— Видимо.
— Круто!
— Ну, разговариваем мы совсем не так, как эти козлы в пьесе, — возмутился пекарь Возчик. — Они постоянно упоминают эту самую суету, которая вечно сует. А их шуток я совсем не понимаю.
— А ты и не должен понимать шутки, это же пьеса, — объяснил Джейсон.
— Мои штаны! — закричал вдруг ткач Пекарь.
— Слушай, заткнись и толкай тележку.
— Не понимаю, почему мы не можем показать наш Танец с Палкой и Ведром… — пробормотал другой ткач — Портной.
— Мы не будем показывать этот танец! Я даже слышать о нем ничего не хочу! У меня до сих пор болит колено! Так что заткнитесь все! Еще раз о Танце с Палкой и Ведром услышу…
— Мое брюхо! — снова заорал Пекарь, которого не так-то просто было сбить с мысли.
Тележка прыгала по изрытой колеями дороге.
Даже Джейсон вынужден был признать, что танцевать значительно проще, чем лицедействовать. Люди не глазели на тебя и не хихикали. А эти дети… Им только дай повод посвистеть. Ткач и Кровельщик почти открыто бунтовали и умышленно путали слова. Каждый вечер приходилось искать новое место для репетиции.
Даже в лесу невозможно было скрыться. Просто удивительно, и откуда только берутся эти прохожие?
Ткач перестал толкать тележку и вытер пот со лба.
— Я уж думал, у Чертова Дуба нас никто не найдет, — сказал он. — В полумиле от ближайшей тропинки, но, будь я проклят, всего через полминуты там было не протолкнуться от всяких углежогов, отшельников, трапперов, лесорубов, охотников, троллей, сборщиков птичьего помета, хвороста, свинопасов, грибников, гномов, хулиганов и каких-то подозрительных типов в длинных плащах. Удивительно, и как это в лесу еще осталось место для деревьев! Ну, куда теперь?
Они подошли к перекрестку — если его можно было так назвать.
— Что-то не припоминаю я это место, — сказал браконьер Плотник. — А думал, что знаю все тропки.
— Это потому, что ходишь ты по ним, только когда темно, — подсказал Джейсон.
— Все знают, ясна ночь — услада для тебя, — продекламировал извозчик Кровельщик слова из пьесы.
— Для него любая ночь — услада, — возразил Джейсон.
— Эй, — воскликнул ткач Пекарь, — а мы, по-моему, начинаем вживаться в роли!
— Сворачиваем направо, — предложил Джейсон.
— Ни за что. Там сплошной вереск и колючки.