Потом вернулась к нянюшке.
— В камнях еще сохранилась сила, — констатировала матушка. — Ее немного, но есть.
— Кто мог настолько ополоуметь, чтобы прийти сюда и плясать вокруг камней? — изумилась нянюшка Ягг и добавила чуть погодя, когда в голову пришла предательская мысль: — Маграт все время была с нами.
— Кто? Это нам и предстоит выяснить, — ответила матушка с мрачной улыбкой. — А теперь помоги-ка поднять этого беднягу.
Нянюшка Ягг наклонилась над телом.
— Тяжеленный какой. Жаль, Маграт с нами нет.
— А вот я об этом ничуточки не жалею. Слишком уж она легкомысленная. Ей легко вскружить голову.
— Хотя очень приятная девушка.
— Но сентиментальная. Думает, что жизнь можно прожить как в сказке и что народные песни соответствуют истине. Но я все равно желаю ей счастья.
— Надеюсь, из нее получится хорошая королева.
— Мы научили ее всему, что она знает, — сказала матушка Ветровоск.
— Ага, — согласилась нянюшка Ягг, пятясь в заросли папоротника. — Слушай, как ты думаешь… может…
— Что?
— Как думаешь, может, стоит научить ее всему, что знаем мы?
— На это уйдет слишком много времени.
— Пожалуй, ты права.
Письма доходили до аркканцлера достаточно долго. Почту от ворот Университета забирал тот, кто проходил мимо, и складывал на полку. Или использовал для того, чтобы прикурить трубку. Или в качестве книжной закладки. Или, как в случае с библиотекарем, в качестве матраца.
Это письмо попало к аркканцлеру всего через два дня и было практически невредимым, если не считать пары кругов от чашки и бананового отпечатка пальца. Его доставили к столу вместе с прочей почтой, когда преподавательский состав Университета завтракал. Декан вскрыл конверт ложкой.
— Кто-нибудь знает, где находится Ланкр? — вдруг спросил он.
— А зачем тебе? — спросил аркканцлер, резко подняв голову.
— Какой-то король женится и хочет, чтобы мы приехали.
— Мило, очень мило! — воскликнул профессор современного руносложения. — Какой-то мелкотравчатый король женится и хочет, чтобы приехали мы?
— Это высоко в горах, — тихо произнес аркканцлер. — Насколько я помню, там неплохо ловится форель. Подумать только. Ланкр… О боги. Не вспоминал о нем уже сто лет. Знаете, там есть ледниковые озера, рыба в которых никогда не видела удочки. Ланкр. Да.
— Слишком далеко, — кивнул профессор современного руносложения.
Но Чудакулли ничего не слышал.
— А еще там есть олени. Тысячи оленей. И лоси. Волки везде бегают. И горные львы, ничего удивительного. Я слышал, там даже ледяные орлы встречаются.
Его глаза смотрели куда-то далеко-далеко.
— Их всего-то осталось с полдюжины.
Наверн Чудакулли очень много делал для редких видов животных. В частности, заботился о том, чтобы они оставались редкими.
— Самая что ни на есть глушь, — сообщил декан. — На самом краю карты.