— Гномьи пироги, они есть всегда, — машинально подтвердила нянюшка Ягг и подняла голову.
Лицо ее представляло собой настоящую маску стыда.
— Э-э-э… Эсме… Э-э… Понимаешь ли, деньги…
— Деньги, которые мы отдали тебе, чтобы ты для надежности хранила их в своих панталонах? — уточнила матушка.
Судя по тому, как развивался разговор, этот обмен репликами был навроде первых нескольких камешков, предвещающих большую лавину.
— Э-э-э… Ну да, я говорю именно об этих деньгах… Э-э-э…
— О деньгах, которые лежали в большом кожаном кошельке и которые мы собирались тратить крайне осмотрительно? — спросила матушка.
— Понимаешь ли… Деньги…
— Ах, деньги! — воскликнула матушка.
— …Их больше нет… — прошептала нянюшка.
— Их украли!
— Она играла в азартные игры, — с затаенным ужасом в голосе пояснила Маграт. — Причем с мужчинами.
— Да какой там азарт! — огрызнулась нянюшка Ягг. — Я вообще не азартный игрок! Да и картежники они никудышные! Я, можно сказать, без конца выигрывала!
— Однако деньги все ж проиграла, — заметила матушка Ветровоск.
Нянюшка Ягг снова потупилась и что-то невнятно пробормотала.
— Ась? — переспросила матушка.
— Без конца выигрывала, говорю, — отозвалась нянюшка. — А под конец подумала: ба, да ведь мы можем сорвать неплохой куш — ну там, чтобы не слишком отказывать себе в городе, к тому же, мне всегда везло в дуркера…
— И ты начала поднимать ставки, — кивнула матушка.
— Как ты догадалась?
— Дурное предчувствие, — устало ответила матушка Ветровоск. — И, само собой, тут всем, кроме тебя, вдруг стало необыкновенно везти, я права?
— Поперло просто невероятно, — понурилась нянюшка Ягг.
— Гм-м.
— Но все равно никакой это не азарт, — заявила нянюшка. — Я ведь и понятия не имела, что это азартная игра. Когда я села за стол, они и карт сдать толком не могли. А обыграть таких противников — это никакой не азарт, а самый обычный здравый смысл.
— В том кошельке было почти четырнадцать долларов, — сообщила Маграт, — не считая заграничных денег.
— Гм-м.
Матушка Ветровоск уселась на койку и забарабанила пальцами по деревянной отделке. Взгляд ее стал отсутствующим. У них в Овцепиках люди были дружелюбны и честны настолько, что, даже попадись им профессиональный шулер, они, скорее всего, спокойно и открыто поймали бы его за руку, не спрашивая, как он там называется. Да и выражение «карточный шулер» до их мест никогда не доходило. Но человеческая природа повсюду одинаковая.
— Надеюсь, ты не очень расстроилась, а, Эсме? — с тревогой спросила нянюшка.
— Гм-м.
— А помело новое я куплю, сразу как вернусь домой.
— Гм… что?