— Или посоветовать обратиться за помощью к коллеге, — ответил Томджон. — Погляди-ка туда. Юноша поднялся на козлах:
— Наше почтение, ста… мат… бар… — Он окончательно запутался.
Маграт одернула шаль.
— Зовите меня скромной собирательницей хвороста, ой-ой-моя-спина, — хмуро отрекомендовалась она, в качестве доказательства поднимая небольшую вязанку сухих веток.
Несколько часов ожидания, во время которого даже поговорить было не с кем, кроме как с деревьями, не лучшим образом отразились на ее настроении.
Притчуд тотчас толкнул в бок Томджона. Тот понимающе кивнул и с обаятельнейшей улыбкой снова обратился к Маграт:
— Не желаешь ли разделить с нами нашу нехитрую трапезу, мат… ста… милая барышня? — проворковал он. — Только у нас ничего, кроме соленой свинины, нет.
— Употребление мяса крайне тяжело сказывается на пищеварительной системе организма, — отбрила его Маграт. — Если бы человек мог заглянуть внутрь своей толстой кишки, его ужас не знал бы предела.
— Я бы, во всяком случае, точно испугался, — заметил Хьюл.
— А известно ли вам, что мужчина средних лет постоянно носит в своем кишечнике пять фунтов непереваренного мяса? — продолжала Маграт, чьи лекции на тему правильного подхода к питанию заставляли иных крестьян целыми семьями скрываться в подполе, пока она не уходила. — И ведь это при том, что лесные орехи, семечки подсолнухов…
— Соблаговоли хотя бы указать нам какую-нибудь речушку, через которую мы могли бы помочь тебе перебраться! — взмолился Томджон.
— Перестань дурачиться! — твердо приказала Маграт. — Перед тобой скромная собирательница хвороста, ой-ой-моя-спина. Я собираю всякие сухие веточки и время от времени показываю заблудившимся рыцарям дорогу в Ланкр.
— Ага-а-а, — протянул Хьюл. — Я предчувствовал такой поворот темы.
— Вы должны ехать по тропке, которая ответвляется налево. Увидите гигантский валун с трещиной посредине — его нельзя не заметить — и сворачивайте направо.
— Отлично, — буркнул Хьюл. — Не смеем больше задерживать. Не сомневаюсь, что дневную норму по хворосту ты еще не выполнила.
Он свистнул, и мулы, устало перебирая копытами, тронулись с места.
Когда же, час с небольшим спустя, дорога начала огибать одну за другой гигантские каменные глыбы, каждая из которых была величиной с дом, Хьюл бросил поводья и, скрестив руки на груди, стал чего-то ждать. Томджон озадаченно взглянул на своего напарника:
— Можно узнать, чем ты занимаешься?
— Жду, — угрюмо промолвил гном.
— Обрати внимание, скоро начнет темнеть.
— Ничего, это не займет много времени.
Первой не выдержала нянюшка Ягг.
— Только соленая свинина! — гаркнул Хьюл, когда из-за ближайшего валуна высунулась седая копна волос. — Не нравится — не бери. Насильно заставлять не будем. Ланкр где?
— Поезжайте как ехали, потом слева ущелье начнется, тогда и свернете, — быстренько объяснила суть нянюшка. — Там вывернете на дорогу, что к мосту идет, — ее сразу видно. Не заблудитесь.
Хьюл подобрал поводья.
— Ты забыла упомянуть ой-ой-твою-спину.
— Дьявол. Извини. Ой-ой-моя-спина.
— И что ты, как мне кажется, скромная собирательница хвороста, — продолжал Хьюл.
— Попал прямо в точку, — ласково отозвалась нянюшка. — Как раз намеревалась пособирать… Томджон подтолкнул гнома рукой:
— Не забудь про реку.