Маграт меж тем продолжала собирать цветочки и о чем-то с ними разговаривать. Шут напряг слух.
— А вот наша шерстистая горечавочка. А вот паточное цитварное семя, что от воспаления ушей.
Даже нянюшка Ягг, которой было свойственно достаточно радушное восприятие мира, угодила бы в весьма неловкое положение, предложи ей кто-нибудь сделать комплимент голосу Маграт, но в уши Шута голосок излился сладчайшей патокой.
— А вот пятилиственная лжемандрагора, незаменима при недержании. Ага, лягушечник-старикашечник. От запоров.
И тут под малиновый перезвон колокольчиков из луговых трав перед ней вырос Шут. Маграт с изумлением обнаружила, что луг, до сей поры не содержавший никого ужаснее бледно-голубых мотыльков да нескольких самообеспечивающихся шмелей, внезапно разродился огромным красно-желтым демоном.
Демон то разевал, то вновь захлопывал пасть. На голове его покачивались три жутковатых рога.
«Ты должна немедленно бежать, — раздался в тайниках ее сознания настойчивый голос. — Как трепетная лань. Самый приемлемый путь отступления в подобных обстоятельствах».
Но здесь неожиданно вмешался здравый смысл. В самые вдохновенные мгновения своего существования Маграт не рискнула бы уподобить себя лани, трепетной и любой прочей. Помимо этого, ехидно заметил здравый смысл, когда трепетная лань делает ноги, она обыкновенно оставляет далеко позади всех преследователей…
— Э-э-э… — протянуло чудовище.
Нездравый смысл, которым юная ведьма была наделена в достатке (что бы ни толковала матушка Ветровоск о том, что у Маграт-де с головой вечные нелады), в свою очередь веско указал ей на одно существенное обстоятельство. Вряд ли какой демон способен издавать столь жалостливый перезвон. И уж тем более редко среди их брата попадаются особи, обладающие способностью терять дар речи.
— Добрый день, — поздоровалась Маграт.
Мозг Шута проделывал лихорадочную работу. Дело шло к настоящей панике.
Маграт не очень жаловала традиционную остроконечную шляпу, которую до сих пор носили ведьмы старшего поколения, однако ни на йоту не отступала от одной из основных заповедей ведовства, гласящей: «Быть настоящей ведьмой означает выглядеть таковой». В ее случае это правило отражалось в гроздях серебряных побрякушек, исполненных в формах октограмм, летучих мышей, пауков, драконов и прочих символов обыденного оккультизма. Маграт с удовольствием выкрасила бы черным ногти, однако побаивалась убийственного прищура матушки Ветровоск.
Шуту наконец стало ясно, что он застал врасплох не прелестную поселянку, а самую настоящую деревенскую ведьму.
— Опаньки, — проблеял он и резко взял ноги в руки.
— Остано… — попыталась призвать его Маграт, но Шут уже вовсю мчался по лесной тропке, что должна была вывести его к замку.
Маграт стояла, не в силах оторвать глаз от поникшего букетика, который смяла в ладони. Она запустила пальцы в волосы, и на плечи посыпались хлопья увядших лепестков.
У нее возникло непреодолимое чувство, что она прошляпила переломный момент судьбы, который вырвался из ее рук с проворством, на которое способны лишь смазанные жиром свиньи, несущиеся по узкому проходу.
Ей захотелось выругаться. А ругани она была обучена совсем неплохо. Тетушка Вемпер в этом отношении славилась неуемной изобретательностью — даже обитатели леса норовили прошмыгнуть мимо ее хижины как можно незаметнее.
Маграт долго не могла подобрать бранный элемент, который бы точно отражал переживания ее сердца.
— У-у, блин! — вконец отчаявшись, выкрикнула она.
Этой ночью на небо опять взошла полная луна, и, к вящему изумлению подвижного обелиска, все три ведьмы прибыли на место раньше обычного и к тому же одновременно. Каменная глыба была настолько смущена этим нашествием, что поспешно юркнула в кусты дрока.
— Грибо второй день дома не появляется, — сообщила нянюшка Ягг, как только поравнялась с подругами. — Что-то не похоже на старика. Я его уже везде обыскалась.
— Коты могут сами о себе позаботиться. Не то что страны и народы. Должна доложить вам обстановку за последние дни. Поступили крайне тревожные сигналы. Маграт, разведи костер.
— А? Как?
— Костер, говорю, разведи.
— Что-что? А, ну конечно, конечно…
Обе старшие ведьмы замолчали и стали встревоженно следить за тем, как перемещается их младшая подруга по торфяной пустоши. Маграт с вялым, отсутствующим лицом тащила за собой несколько кустиков сушеного утесника.
— Что-то она сегодня сама на себя не похожа, — заметила нянюшка Ягг.
— Да, какая-то другая. Может, перевоспитывается? — жестко ответила матушка, присаживаясь на валун. — Костер-то она должна была собрать еще до нашего прихода. Ее прямая обязанность.