— Хороший повод. И картина кстати. Можно рассказать, как ее безуспешно искали разные комические персонажи.
— Ваш супруг закрасил Дали Афродитой или Афиной. Дурачки искали картину в подвале. А она висела у них перед глазами. Правда, смешно?
— Прекрасный поворот.
— А потом вы продали картину.
Ада сразу стала серьезной:
— Продала ли я картину Дали? Да, продала. Скрывать бесполезно. Я имела на это право. Это было наследство моего мужа. Он меня любил. После войны он работал в комиссии по возвращению ценностей, захваченных немцами. Там он нашел картину Дали. Тогда она была никому не нужна. Дали тогда никого не интересовал. Если бы он её себе не взял, её бы просто уничтожили.
— Согласен. Но вот только убивать не надо было. Спрятали бы её куда-нибудь. А то шпагой. Очень поэтически. Изысканно. Но всё потайное рано или поздно становится явью. Вы не боитесь?
— Не боюсь. Бояться надо тебе, Борис. Объясню. Я нашла шпагу, которой убили художника. На ней были твои инициалы.
— Ну и что! Попади эта шпага эксперту, он бы сразу понял, что это подделка.
— Возможно. Только экспертизы не было бы. Разве Лимона тебе не рассказывала, что мы утопили эту шпагу? Я просила её тебе рассказать.
— Рассказала. Я тогда ещё догадался, почему вы утопили шпагу. Вы понимали, что эксперт сразу определит подделку. А так, шпаги нет. Зато есть свидетельство двух человек о том, что она существовала и на ней были мои инициалы.
— Верно. Поэтому ты должен мне быть благодарен, что я не дала ход этой бутафории. Блондинки не всегда бывают злыми.
— Я думаю, что шпаги вообще не было.
— А разве это важно? Для сценария важно, чтобы шпага существовала. Специалисты по реквизиту достанут подходящую шпагу, художник нацарапает инициалы. Очень интересный поворот.
Она посмотрела на часы:
— Я опаздываю. Оля!
Подошла официантка.
— Все расходы запиши на меня. До свидания, Борис. А сериал действительно может получиться очень интересным. Нужно только дать блондинке время, чтобы она могла убить художника. С меня брать пример не стоит. Следователь проверил, я ни одной минуты не находилась вне поля зрения кого-нибудь. Но ты молодец. Жалко, что я не могу сыграть в твоем сценарии. Должность не позволяет. Да и годы уже не те. Увы.
И пошла к выходу.
— Красивая женщина, — Борис показал Оле на уходящую Аду.
— Красивая, — согласилась Оля. — И добрая.
«Нет, это не Ада, — размышлял Борис. — Тогда, кто?»
66. Народный коллектив
Вернувшись домой, Борис набрал номер телефона своего старого Друга.
— Треугольников слушает.
— Рад, что ты по-прежнему у руля.
— У тебя неприятности?
— Мне нужна справка. В 1991 году у вас в городе на конкурсе народных драматических театров выступал коллектив из Украины. Надо узнать, что это за коллектив, из какого города. И фамилию одной актрисы. О ней известно, что зовут ее Ирина. Других данных нет. Сможешь.
— Есть задачки и потрудней. Звони послезавтра. Одна голова — хорошо, а двух не бывает.
Борис позвонил через день. Треугольников был как всегда точен: