Госпиталь брошенных детей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Рад это слышать. Вы хотите, чтобы я осмотрел ее?

– Нет-нет, в этом нет надобности. Сегодня у вас выходной.

На его лице промелькнула тень улыбки.

– Это совсем не похоже на вас, миссис Каллард. Обычно вы просите меня осмотреть ее при малейшем кашле.

– Возможно, к старости я становлюсь небрежной.

Теперь он улыбнулся по-настоящему.

– Сколько лет мы знакомы друг с другом?

– В прошлом месяце исполнилось одиннадцать лет после нашего переезда сюда. Кажется, тогда вы еще были студентом.

– Так и было. Помню, я думал, каким взрослым человеком выглядит Кэл после того, как он женился на вас и завел собственный бизнес, пока я учился в Кембридже.

– Я и забыла, что вы называли его Кэлом.

– Я называл его еще и похуже.

Я была рада, что мне удалось отвлечь его от тяжких мыслей. Мы смотрели, как горят и потрескивают остатки дров в камине. Занавески были плотно задернуты от холода, и, сидя в каюте моего маленького корабля с полузакрытыми глазами и ощущая присутствие другого человека, я могла вообразить, будто Дэниэл находится рядом со мной. В отсутствие мужа мне не хватало именно мужского общества. Женщины разговаривали друг с другом о домашних делах, о тканях, о слугах и служанках. Мужчины говорили о бизнесе, о кораблях и о дальних берегах. Я не могла поддерживать такие разговоры, но когда Дэниэл приводил в дом своих знакомых, то я восхищенно слушала их. Мы провели вместе четыре года, и это была самая короткая эпоха в моей жизни. Но за эти четыре года я узнала больше, чем за все предыдущие и последующие годы моей жизни. Четыре зимы и четыре лета. Если бы я знала, что на этом все закончится, то стала бы я выходить в большой мир вместе с ним? Гулять под руку на площади теплым весенним вечером? Заказывать экипаж для поездки в театр? Подниматься по узкой лестнице на Стрэнде, чтобы показать ему слона, закованного в цепи?

– Миссис Каллард?

Я вздрогнула. Доктор Мид подался вперед и сократил расстояние между нами; его щеки разрумянились от тепла. Что-то промелькнуло между нами, прежде чем я отвернулась.

– Ваш бокал пуст; как небрежно с моей стороны. – Я снова подлила бренди. – Скажите, похоронная церемония вашего деда состоится в часовне госпиталя? Он очень любил это место.

– Да, я знаю. Но в соответствии с его последней волей церемония пройдет в Темпл-черч. Вы придете?

С величайшим трудом я покачала головой.

– Ну, разумеется. Прошу прощения, это бы слишком расстроило вас.

Я представила, как он поднимается по лестнице в свою спальню сегодня ночью, задувает свечу и натягивает одеяло; представила пустое место рядом с ним. Он в шутку говорил, что женат на своей работе, но работа не могла подставить ему плечо в трудный момент, принести ему чашку какао или обнять его, когда он будет горевать об утрате близкого человека. Наряду с работой в госпитале он обслуживал беднейшие кварталы, посещал кофейни в Холбурне и Сент-Джайлсе, помогая тем, кто не мог заплатить пенни за вход, и даже заходил в их убогие и промозглые жилища, если там болели женщины и дети. Он не брал денег, но они все равно платили ему – мукой, свечами и прочими мелочами, от которых он не мог отказаться, чтобы не обидеть их. Его дед делал то же самое даже в преклонном возрасте и пользовался глубоким уважением за это.

– Вы устали, – сказал он. – Спасибо за бренди.

– Нет, я еще не устала. Расскажите мне о вашем деде. Расскажите о другом докторе Миде.

Он переместил свой бокал из одной руки в другую и посмотрел на янтарную жидкость, поблескивавшую в граненой хрустальной оправе.

– Что бы вам хотелось узнать?

– Можно начать с самого начала. Прежде всего, мне интересно узнать, где он родился.

– Как ни странно, в Степни[14].

– Тогда он прошел долгий путь до Блумсбери.

Доктор Мид улыбнулся.

– Так оно и было. Вы знаете, что он жил в Италии? Он получил ученую степень в Падуанском университете. Поэтому я тоже учился там. И еще, – продолжал он, оживившись от воспоминаний, – он находился у смертного одра королевы Анны.

– Не может быть!

– Но так и было! Ближе к концу она испытывала сильнейшую жажду, и никакое питье не могло утолить ее. Тогда он посоветовал виноград, и во время следующего визита в ее будуаре стояли десятки тарелок с виноградом.

[14] В то время – район проживания лондонской бедноты и рабочих-иммигрантов (прим. пер.).