Госпиталь брошенных детей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У Элизы хватило ума напустить на себя сокрушенный и виноватый вид.

– Да, мадам, – сказала она, не двигаясь с места.

Мы стояли, глядя друг на друга, и я чувствовала: она хочет сказать что-то еще, но не может. Я испытывала облегчение от того, что у меня появился повод избавиться от нее, основанный не только на моем предубеждении.

– Останься на ночь, уже темно, – сказала я. – Но ты должна уйти до завтрака.

Я открыла дверь и посмотрела, как она поднимается в комнату Шарлотты.

Глава 11

Час спустя, когда я сидела в жарко натопленном кабинете, Агнес объявила о приходе доктора Мида и впустила его в дом. При виде моего друга я резко выпрямилась от изумления. Его лицо было мертвенно-бледным, темные глаза ввалились, и под ними набрякли лиловые мешки.

– Доктор Мид, в чем дело? – Я сразу же подошла к нему.

– Мой дед умер, – глухо ответил он.

Мы посмотрели друг на друга. У меня возникло мимолетное желание обнять его, вспыхнувшее, как уголек на ветру, но быстро угасшее. Я ограничилась тем, что положила руку на влажный рукав его пальто.

– Агнес не взяла ваше пальто; позвольте, я сделаю это для вас, – сказала я. – Я пошлю за бренди. Может быть, вы предпочтете портвейн или кларет?

Он не находил слов и явно был глубоко потрясен случившимся. Я помогла ему снять пальто и спустилась в бывший кабинет мужа, где в запертом шкафчике хранились лучшие спиртные напитки. По наитию я сдула пыль с одной из самых дорогих бутылок бренди, присланных мужем сестры на Рождество. Я ожидала подходящего момента, чтобы открыть ее. Минуту спустя я уже была вместе с доктором Мидом в уютном полусвете моего личного кабинета. Я достала два хрустальных бокала, открыла бутылку и поспешно наполнила их.

Мне было трудно смотреть на него, потому что его горе было острым и передалось мне. Он еще не понимал, что делать, как справиться. Мне было хорошо знакомо это ощущение.

– Безмерно сожалею о вашей утрате, – сказала я. – За вашего деда.

Мы чокнулись, выпили до дна, и он откинулся на мягкую спинку стула, как будто с его плеч убрали не только пальто, но и что-то еще.

– Когда это случилось? – спросила я.

– Сегодня утром. – Он провел ладонью по лицу и убрал волосы, выбившиеся из-под шляпы. Потом он снял шляпу и поставил ее на пол у своих ног. – Ему было восемьдесят лет – как говорится, почтеннейший возраст. Тем не менее мы еще больше любили его и хотели, чтобы он как можно дольше оставался рядом с нами.

– Не следует ли вам быть дома? Я сожалею, что вызвала вас сюда. Если бы я знала…

– Дома, – с горечью отозвался он. – С моими служанками?

– Нет, с членами вашей семьи.

– Разбираться с горем – это женский удел, – сказал он. – Моя мать очень занята у себя дома, и я только путался бы у нее под ногами.

Я знала, что у доктора Мида есть несколько сестер и заботливая мать, настолько поглощенная ими и их семьями, что единственный сын оставался почти без внимания. Его отец умер несколько лет назад, а мать по-прежнему проживала в особняке на Беркли-сквер, где имела оживленный график приема гостей и гостевых визитов, хотя ей должно было уже исполниться шестьдесят лет. С таким множеством женщин, о которых ему приходилось заботиться, и таким множеством детей, находившихся на его попечении в госпитале, было удивительно, что доктор Мид успевал бриться.

– Мне очень жаль, – сказала я. – По крайней мере, в Лондоне еще остается один доктор Мид.

Он попытался улыбнуться… Поскольку было больше нечего сказать, мы выпили еще по бокалу.

– Чего вы хотели от меня? – спросил он, чуть помолчав.

– От вас? – На какое-то время я растерялась, а потом вспомнила. Элиза. Наша встреча в гостиной около часа назад. Сейчас все это казалось совершенно несущественным. Я не доверяла ей, но с другой стороны, я не доверяла никому. Я посмотрела на доброе и печальное лицо доктора Мида и решила не расстраивать его без надобности. У него и без того хватало неприятностей.

– Ах, – сказала я. – У Шарлотты был легкий кашель, но думаю, она будет жить.

Жить! Какая черствость с моей стороны!

– Я хочу сказать, что она уже пошла на поправку. Детская простуда, не более того.