Дальше следуют черновики к моему циклу стихов «Ходоки»…
Всплывают также воспоминания о поездке в Ленинград. Адресованы они уже совсем другому человеку, с которым нас свели превратные дороги жизни.
«Выбрал ее как флаг. Мне так хорошо, знать, что есть человек, за которым я мог бы пойти. Она все правильно судит в этой жизни. Белое называет белым, а черное – черным. Виделись один раз в жизни всего лишь. И встреча наша была очень быстрой вспышкой.
Так, сидели, болтали ни о чем. Но сам факт, что я нашел и приехал! Чего только он стоит сам по себе!
Я подарил ей майку с символикой нашего города. Она ее тут же примерила. Сказала, как помню: «Вау, это мне?» – «Круто!», – и она радовалась. Я улыбался. Взял себе сока вишневого. Он был холодный. Потом еще один. Она работала официанткой в кафе «Гости». Я сказал, что скоро уезжаю. Она спросила: «А что так?», – «Ждут», – говорю.
На самом деле у меня там подскочило давление. Просто скакнуло. Я посидел, и ушел, попрощавшись».
Это были двадцатые числа апреля, 2010 года.
После чего я написал стихотворение про «Где-то есть карельский перешеек…».
Я привез блокнот из Ленинграда и ручку синего цвета.
«Да, я решил быть как она. Взял с нее пример. Потому что человеку нужно на кого-то равняться. Может – необходимо. Я выбрал себе смелую и бескомпромиссную Иринку ФП. Хочу быть таким же, как она. Именно так. Может я смогу тогда победить».
Подходила середина апреля 2011 года.
«…Тут судьба моя, все услышала, и чтобы я не прибеднялся, и не делался несчастным, преподнесла мне другой щедрый подарок, взамен того всего, что было».
Снова здесь даю слово моим записям:
«И вот мы вместе.
Что я видел раньше? Милую девушку на сцене, в спектакле «Квадратура любви». Ходил, ждал ее, когда она выйдет. Посылал ей невидимые импульсы. А теперь она стала моею любимой. «Странновато звучит – «любимой», да, – особенно для тебя», – говорю я сам себе, – «для такого как ты».
Она со мной, и, наверное, я счастлив. Я изменился. Иной раз – я и не верю – опять мне все снится что ли, – а она мне снилась, виделась мне в моих иллюзиях, моей метафизике.
Я не помню, как началась настоящая весна, как распустились листья, как стало тепло, – для меня все слилось в ней, в моей Оле, девочке со сцены, о которой я мечтал. Которую полюбил когда-то.
Я ходил тогда с другой, и когда видел ее, желал познакомиться. Я сразу запомнил, как ее зовут, – вернее узнал, глядя в альбоме у кого-то: узнал, кто она, студентка какого курса.
Прошел месяц, а мне до сих пор тяжело разобраться со всем этим: где та, на которую я ходил смотреть как на объект своего вожделения, и где теперь та, которая со мной встречается».
Еще текст, написанный позже:
«Апрель 2011 года уже вряд ли забудется. Дело было так: ночью она прислала приглашение. Вдруг. Сама. 13-го – мы уже встретились, познакомились вживую, и стали встречаться со следующего дня. Она подарила мне наше фото с датой: 13.04.2011.
Уже в конце наших отношений нашел фото на компе старое, где мне 20 лет. Оно сделан тоже 13-го числа, но за пять лет до нашего знакомства…
Апрель, май – пронеслись. В конце мая она ко мне несколько охладела, – я это почувствовал.
Первые две недели – это было эйфория – как ни до, ни после. Как никогда. Я чувствовал, как она бешено тянулась ко мне.
Любовь длилась полтора месяца. Ее ненадолго хватило моей Оли. Я же оказался прочнее.
– Держи меня крепко-крепко, – говорила она. – Хочу настоящих отношений!
– Я счастлива! – и сжимала мою руку, когда мы шли по улицам Волжского. Еще было прохладно.
14-го она обнимет меня в магазине и скажет: «Мне хорошо с тобой!».
– Неужели полтора месяца счастья – это достаточно? – вопрошаю у судьбы.
Ответа нет.