— Может быть. Может быть, и нет. Но одно можно сказать наверняка.
— О да, что это? — Спрашиваю я, мое любопытство более чем задето.
— Этот бедняга весь день будет твердым, как гвоздь. Это было до крайности похоже на прелюдию.
Я смеюсь, но это совершенно натянуто.
— Он не единственный, — бормочу я себе под нос.
— Э-э… да… Я собираюсь… — Он показывает большим пальцем через плечо и продолжает пятиться.
Я понятия не имею, чего он от меня ожидает, но он похож на кролика, попавшего в свет фар.
Я не опускаю взгляд на пакет в своей руке, пока за ним не закрывается дверь.
Поднимая его, мои глаза находят этикетку сбоку.
— Ублюдок, — рявкаю я, точно зная, кто заказал мне обед.
Засовываю ноги в кроссовки, закутываюсь в толстовку с капюшоном и засовываю телефон в карман. Захлопнув за собой шкафчик, я направляюсь в маленькую комнату для персонала в задней части спортзала.
К счастью, там пусто.
Мой взгляд падает на мусорное ведро, стоящее на полу в углу, и мои пальцы сжимают пакет в моих руках.
Желание выбросить его и забыть обо всем в пользу лапши в горшочках, которую я прихватила с кухни сегодня утром, прежде чем уйти из дома, очень сильное.
Но потом я снова ощущаю чесночный, сладкий аромат, и у меня слюнки текут.
— Будь ты проклят, Чирилло. Будь ты проклят, отправляйся в ад и возвращайся обратно с твоим милым личиком и чертовски фантастическим членом, — шиплю я себе под нос, беру вилку и раздраженно плюхаюсь на один из стульев.
Раскрыв пакет, я обнаруживаю, что на меня смотрят два моих любимых китайских блюда.
— Почему? Почему тебе нужно быть таким милым? — Бормочу я, ковыряя вилкой лапшу перед собой, мой желудок снова урчит от отчаяния.
Мой телефон звонит в кармане, и мое сердце подпрыгивает к горлу. Я понятия не имею, откуда я знаю, что это он. Но я знаю, что это так.
Не обращая на него внимания, я отправляю вилку в рот и стону, когда вкус попадает мне на язык.
Я должна признать, что это несколько смягчает удар от проигрыша. Хотя он сделал именно то, чего я бы потребовала, если бы все равно победила. Так что, возможно, я действительно победила, но окольным путем. Я просто хотела бы, чтобы он забрал с собой воспоминание о том, как он прижимал меня к мату.
Разочарованно зарычав, я засовываю свободную руку в карман толстовки и вытаскиваю телефон.
— Фу, бесящий придурок, — бормочу я, отправляя в рот очередную порцию еды.
Не в силах остановиться, я начинаю печатать.
Я усмехаюсь, нажимая «Отправить», и вижу, что оно немедленно прочитано.
Накалывая кусок измельченной говядины, я отправляю его в рот, но только для того, чтобы подавиться им через две секунды, когда на моем экране появляется фотография, доказывающая, что мой предыдущий комментарий был верен.
Я бы предпочла, чтобы ты сделал это через меня, но неважно.
Я закатываю глаза, глядя на себя.
Ты всего лишь бесстыдная шлюха, Эмми Рэмси.
Я все еще пытаюсь придумать остроумный ответ, который не был бы моей предыдущей мыслью, когда дверь с грохотом распахивается и в комнату входят тяжелые шаги.