— Если ты не против.
— Всегда, Эмми. Ты же знаешь это.
— Спасибо, — говорю я, не сводя с нее глаз, чертовски надеясь, что она понимает, как сильно я это имею в виду.
— Всегда пожалуйста, милая.
— Я собираюсь жить у Тео в выходные. — Они оба кивают в знак согласия. — Но большую часть школьных вечеров я буду дома.
— Просто дайте нам знать, если что-то изменится.
Чувствуя, что часть эмоционального срыва, охватившего меня этим утром, начинает всплывать на поверхность, я продолжаю пятиться, пока не могу взбежать по лестнице и запереться в своей комнате.
Это странно — снова быть здесь одной. Какая-то часть меня задается вопросом, не было ли все это действительно гребаным сном. Но потом я смотрю на свое кольцо и вспоминаю лишь некоторые воспоминания, плохие и хорошие, из последних нескольких недель, и мне вспоминается, что все это было очень реально. И я бы не хотела, чтобы было по-другому.
Позже той ночью я лежала в постели и ждала, когда Тео перезвонит мне.
Трекер, который он синхронизировал с моим телефоном, показывает мне, что он не так давно покинул дом своих родителей и направляется домой.
Я чувствую себя странно, преследуя его после всего того горя, которое я причинила ему из-за того, что он преследовал меня. Но это странно успокаивает — видеть, как движется его маленькая точка, знать, что он в безопасности, знать, куда он направляется. Хотя, должна признаться, я немного разочарована тем, что он не направляется сюда, чтобы проверить ситуацию у моего окна, которое, конечно же, открыто.
Я выдыхаю, усталость начинает брать надо мной верх, но я отказываюсь сдаваться, пока не узнаю, что он дома и я с ним поговорила.
Намерения у меня замечательные и все такое, но когда мой телефон наконец вибрирует в моей руке, это пугает меня до чертиков и заставляет мои веки распахнуться.
Я моргаю, глядя на экран, когда мое зрение проясняется.
— Черт, — выдыхаю я, понимая, что на самом деле проспала какое-то время.
Отбросив одеяло, я прохожу через комнату, дрожа от холода, дующего из открытого окна, и достаю его из сумки.
Когда я вернулась, меня уже ждет сообщение.
Мой желудок переворачивается от его слов, и мое сердце начинает учащенно биться, зная, что он наблюдает за мной.
Поворачиваясь туда, где, как я теперь знаю, находится одна из камер, я прикусываю нижнюю губу и приподнимаю подол своей кофточки, обнажая перед ним свой живот.
Он немедленно начинает печатать.
Высунув язык в камеру, я снова устраиваюсь поудобнее в теплой постели, когда приходит набор инструкций, в которых говорится, что мне нужно найти определенное приложение на планшете и открыть его.
Тео дает мне пароль, и всего через несколько минут у меня появляется черный экран с маленьким колесиком, вращающимся посередине.
Я жду, и затем экран начинает мерцать, оживая. Сначала изображение неровное, но даже при этом я точно знаю, на что смотрю.
— О Боже мой. Тео! — Я ахаю, когда передо мной возникает очень четкое изображение его, лежащего обнаженным на своей кровати.
— Привет, детка. Решил, что будет справедливо, если ты тоже понаблюдаешь за мной. Присматривай за мной и убедись, что я не дрочу каждую секунду дня, думая о своей чертовски горячей жене.
— Черт, мне нужны наушники, — говорю я в панике, открывая свой ящик. Последнее, что мне нужно, это чтобы папа или Пайпер проходили мимо моей спальни и слышали Тео и его грязный язык.
— Я знаю в том ящике еще кое-что, что тебе могло бы пригодиться.
— Ты порочный.
Нахожу свои AirPods, вставляю их в уши и подключаю к ним планшет.
— Хорошо, пожалуйста, продолжай.