– Да ты – ловкач, думаешь, таким образом, улики уничтожить? Напрасно, я уже осмотрел тело, и всё тщательно записал в свой волшебный блокнотик, я всё знаю, ах Злобарь – Злобарь.
Злобарь загадочно улыбался – да нет, это случайно вышло, я просто хотел показать, как всё было, он поскользнулся, в тот момент, когда съезжал, и упал головой вперёд, что – то хрустнуло, и всё…
– Ты хочешь сказать, что ты здесь не причём? Ты его не трогал? Ножкой своей, обутой в кирзовый сапожок не помогал ему? Только честно? А?
– Нет, не трогал.
– Понятно. Что ты сделал, когда он упал?
– Позвонил в караулку.
– Капитан говорит, что связь не работала…
– Странно, как же я дозвонился по неработающей связи?
– Что было дальше?
– Дальше? Вышел Избегыч, и начал наезжать на меня, ну, прямо как вы, мол, это я виноват…
– Когда начальник караула вышел?
– Он вообще не выходил при мне, Избегыч менял пост, меня на двадцать минут позже сменили…
– Врёшь Злобарь, начкар говорит, что он Пакуше искусственное дыхание делал, рот в рот…
– В своих мечтах может быть…
– Много говорите, товарищ солдат, слишком много…ладно пошли внутрь…
Зайдя в караулку, Дерибас по – хозяйски проорал – Блёвкин! Где мой чай?
Блёвкин с мокрым, обвисшим лицом небрежно подтолкнул кружку с чаем по столу – извольте –с.
– Брр, бурда, да он – холодный! Блёвкин, сделай мне нормального чаю…да, позвони дежурному по части – где труповозка? Сколько это…тут лежать будет? Ладно, не дождусь я от тебя чаю, капитан, всё я поехал.
– А с помощником побеседовать не хотите, или с другим караульным?
– Нет, не хочу, мне всё ясно.
– Дело раскрыто?
– «Дело»? Поменьше детективов смотри по ящику, капитан, нет никакого дела, есть несчастный случай, всё, пока!
– Так этот…Злобарь…с ним что будет?
– Ничего не будет, будет служить дальше, до самого дембеля.
– Его не арестуют?
– За что?
– Он убил Пакушу…
– Ты это видел?
– Нет, но…
– Ты дрых в это время, скажи спасибо, что я об этом докладывать не буду, ну всё – пока.