– Oh, you know we are the infinity.
Фуф.
Я изнемог. Музыка тоже закончилась. Мы с Тимом опять сидели и курили.
VII
А мне здесь даже нравится, все время что-то необычное, новое. Мы с друзьями никогда не говорили о глубоких вещах, даже когда были в пограничном состоянии. Инфини это не И., куда я ехал за новой жизнью, это и есть новая жизнь.
Это лучшее место, где я когда-либо был. Меня тут не ждали, просто затащили.
За окном все те же высокие несуразные деревья. О, елки, ля-ля – тополя.
Почему никто не знал об этом месте, не говорил о нем как рае или аде? Странные, придумали говорить о пастафорианстве, а об этом нет. Но, если б я ехал тут один, я бы умер от тоски или же Инфините меня развлекало бы по радио, как только что.
До этой песни, кстати, я скучал по дому. И даже не думал позвонить ро…
ПОЗВОНИТЬ!
Мы все даже не пробовали, по крайней мере я даже не видел ни у кого в руках блеск телефонного дисплея.
Так, надо действовать без паники. Может Инфинити не умеет читать мысли.
Я пустил руку в левый карман джинсов. Клал я его туда по привычке. В детстве, когда стоял на воротах, отбивая мяч, сломал правую руку. С тех пор моя левая рука стала мне как правая. Не в плане девушки, конечно. Я умею писать обоими руками, только с разными наклонами. С того момента я носил телефон, сигареты в левом кармане. А когда понял, что это неудобно носить все в одном занялся распределением обязанностей карманов. Правый – потихоньку убивает, а левый – убивает во мне человека и все больше превращает в социально-зависимого робота. Телефон как всегда был в левом кармане. С медленно стал доставать его.
Я думал, что связи не будет, как в американских слэшерах.
Телефон есть, связь есть, а звонить некуда. Милиции не позвонишь, в больницу тоже – даже если ответят, что им сказать? Что мы застряли в бесконечности? Только зря дернем наркодиспансер. Ладно, пусть и дальше лежит в кармане, пока Тим не заметил, а то он сразу начнет или фоткаться, или пытаться звонить своей девушке, или зайти в «Вконтакте». У меня итак денег мало, так тут, может, тоже существует роуминг.
Я не понимаю одного. Как все мои друзья, социально зависимые, не подумали о том, о чем подумал я? У Тима телефон есть же, однако он говорил, утром или как это еще сказать… вообщем не в Инфинити, что денег у него на симке нет. Митя с Лехой… тоже не пойму. С ними-то что? Забыли про айфоны. Опять же бред. Их руки «там» служили айфонам, как кожаные чехлы. А сейчас что? Но не буду нарушать эту идиллию. Так даже лучше.
– Эй, – крикнул Тим, – ты телефон сейчас доставал?
Митя с Лехой повернулись посмотреть на меня и на ту глупое лицо с которым я сейчас сидел, вжавшись поближе к окну. Я чувствовал себя, как тот парень из «Криминального чтива», которого вот-вот убьет Траволта.
– Давай в «вк» зайти и Даше позвонить, – сказал Тим.
– Тим, связи нет.
– Блин.
Тим поник, пацаны отвернулась. С души упал камень величиной с двухэтажный дом.
– Можешь показать, вдруг что-то есть, а ты не заметил.
Ага, не мог я заметить эти все, горящие ярко белым цветом, палки. Пацаны снова повернулись. – Ну на, – сказал я и отдал свой телефон.
– Ты прав нет.
Как нет? Я же видел. Мы стоим на месте. Связь не могла пропасть.
– На, – отдал мне телефон обратно.
Я снова взглянул. Все палки.
Может только для меня связь есть. Ладно, пока ничего не буду говорить.
VII