Орден Харона: читать начало книги онлайн

– Мисс Блэк… Присаживайтесь.

Уильям Уорд встал с грязного матраса, на котором развалился, и подвинул стул. Казалось, его тщедушное тельце, на котором едва держалась голова с глубокими чертами лица и поседевшими волосами, вот-вот сломается, изнуренное долгими годами потребления опиума.

Элизабет не имела ничего против Уильяма Уорда; напротив, именно благодаря ему девушка смогла остаться в Лондоне. Однако она не выносила это место, которое не могла назвать иначе чем берлога. Ей было не по себе в тесной комнатушке со скрипящей кроватью, грязным матрасом и шкафом, забитым износившейся одеждой, у которой уже не было ни формы, ни цвета. На полу валялись десятки и десятки пустых флакончиков из-под опиумной настойки. Грязные и рваные обои на стенах только больше нагнетали атмосферу. Не было ничего, что могло скрасить уныние этой комнаты.

Мужчина не обратил никакого внимания на покатившиеся по полу пустые склянки, которые случайно задел ногой.

– Дайте-ка почитать.

Он рухнул обратно на кровать, отчего пружины жалобно заскрипели, и достал из кармана пенсне. Его губы лихорадочно шевелились, когда Уорд перечитывал слова и предложения. На девушку он даже не взглянул. Элизабет молча стояла на месте и наблюдала.

– Блестяще, блестяще… Очень хорошая статья, – произнес наконец журналист. – Завтра же отнесу ее в редакцию «Морнинг пост».

– Благодарю вас, – скромно ответила Элизабет.

Казалось, Уильям Уорд совершенно забыл, что она здесь, поэтому девушка продолжила:

– Вы пообещали заплатить, когда я…

– Ах да, конечно-конечно! – воскликнул он, доставая пару мятых купюр из кармана. – Вот ваша доля, как обычно. Но я придерживаюсь своего мнения, что такая сделка очень невыгодна для вас, – смутившись, сказал журналист.

«Естественно, невыгодна», – подумала Элизабет. Никто не хотел печатать ее заметки под именем Элизабет Блэк. Конечно, ей прямо об этом не говорили, но женщина из народа, которая пишет статьи, – это было просто «неприемлемо».

И вот однажды, после того как ей снова отказали в очередном журнале, она встретила Уильяма Уорда, который как раз выходил из редакции.

Он считался известным журналистом, но все знали, что пишет Уорд всё меньше и меньше, так как пристрастился к опиуму. Ему не исполнилось еще и сорока, а выглядел он на все пятьдесят – казалось, всё тело его словно сгорало изнутри, а черты лица старели день ото дня. У Уильяма Уорда было имя, но его перо затупилось, он исписался – внутренние демоны забрали у журналиста последний талант. Перо Элизабет было остро, но об известности приходилось только мечтать. Им не потребовалось много времени, чтобы договориться. Она пишет, а он ставит подпись.

За несколько недель денежки потекли прямо к Элизабет в карман, и слухи о том, что Уильям Уорд снова в строю (пишет он, конечно, иначе, поговаривали критики, возможно, из-за перенесенных трудностей), разлетелись в тесном мире лондонских журналистов со скоростью света. Элизабет думала, что скоро сможет избавиться от этой сделки, рассказав всем, что статьи Уорда написала на самом деле она. Уорд, в свою очередь, полагал, что помощь Элизабет – решение временное и что скоро он начнет работать сам.

По крайней мере, так это им тогда представлялось.

Но когда Элизабет смотрела на его измученное, исхудавшее тело, на то, с каким трудом Уорд передвигался по этой грязной дыре, она боялась представить себе, что с ним будет, если перестать ему помогать. Именно она вернула ему имя. Благодаря ей он был вообще жив. К тому же журналист сам каждый раз подчеркивал несправедливость происходящего.

– Родись вы мужчиной, уже давно стали бы известной, мисс Блэк. У вас золотая голова и золотые руки.

– Спасибо, мистер Уорд. Я надеюсь, что в конечном итоге редакторы сойдутся с вами во мнении.

– Я тоже на это надеюсь… Да, очень надеюсь…

Журналист провел рукой по седым волосам и поморщился, заметив оставшуюся в руках прядь. Элизабет расстроилась, в очередной раз убедившись, как человек, за эти месяцы ставший ей чуть ли не единственным другом, опускается на самое дно. Она не могла молча на это смотреть.

– Мистер Уорд, мы не в первый раз об этом говорим, но… вам действительно необходимо взять себя в руки, – сказала, взвешивая каждое слово, Элизабет. – Так не может продолжаться. Вам просто необходимо стать тем, кем вы были до того, как увлеклись опиумом.

– Вам хотелось бы расторгнуть договор, так, мисс Блэк? – спросил он, испугавшись.

– Нет, я совершенно не об этом! Я беспокоюсь о вас! Вы заперлись здесь и угасаете на глазах! Мы живем лишь раз, мистер Уорд. А вы талантливый журналист. Вам просто сейчас… слишком плохо, чтобы снова писать, – взволнованно проговорила она, стараясь избегать грубых выражений.

– Я бы хотел, – угрюмо ответил Уорд. – Но у меня просто не выходит. Я даже не знаю, с чего начать.

– Спросите себя: что сказал бы тот великий Уильям Уорд из прошлого, увидев вас сегодня? И что бы он сделал?

Уорд спрятал глаза, устыдившись одной только мысли об этом. Его взгляд упал на один из пустых флакончиков из-под опиума.

– Я подумаю над этим… – устало пробормотал он. – Всего доброго, мисс Блэк.

Элизабет вздохнула, глядя, как Уорд опять развалился на матрасе посреди всего этого беспорядка. Она закрыла за собой шаткую дверь и отряхнула пальто.

И немедленно пожалела, что дождь кончился, – ее одежда насквозь пропахла опиумом, как и всякий раз, когда она навещала Уильяма Уорда.