Пирамида жива…: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дело в том, что после прочтения ощущение такое, словно на интересующий меня вопрос – зачем? – ответили просто: а потому что. Короче, ощущение неопределенности. Что же вы хотели сказать? Только не надо подражать Высоцкому, ответившему: «Что я хотел этим сказать, я сказал».

Прежде, чем продолжать дальше, я слегка пройдусь по содержанию.

Первая часть привлекла меня эпизодом с фотографией расстрела басмачей и вашим рассуждением вокруг этого факта. Что тут сказать. Они убивали своих противников с вырезанием звезд и посыпанием их солью, нарезанием ремней с живота и спины. Так что пуля в затылок по сравнению с этим довольно снисходительно. Если вас поразил этот факт, то с большим основанием вы могли бы ужаснуться фактом расстрела Н.А. Романова с женой и несовершеннолетними детьми в Екатеринбургском подвале. С точки зрения абстрактного гуманизма (я, конечно, понимаю, что это типичный ярлык закоснелых догматиков и злобных ортодоксов, наклеенный на нашу передовую интеллигенцию), это куда более жестоко, тем паче, что он (и тем более его семья) никого не убивал. Но почему-то эту тему наши советские либералы пока еще обходят за километр (очевидно, в связи с 70-летием).

Вторая часть более интересна. Но и вызвала у меня то недоумение, о котором я писал выше.

Вы тертый жизнью человек, журналист, но ваши рассуждения на уровне небезызвестного рыцаря Ламанчского, смело вдарившего по этим самым, как их там… ветрякам.

Не мне учить вас философии, но вы рассматриваете милицию, прокуратуру, суд (т.е. то, что в совокупности именуют карательными органами) не как органы, как систему, а как набор личностей добросовестных и негодяев. Не допускайте негодяев в органы, и права личности станут прочно и нерушимо. Ну, кроме Туркмении есть еще и Кавказ, и Закавказье, Узбекистан, Таджикистан, Киргизия, Казахстан и прочие «станы». Можно поставить одну личность вместо другой, можно оздоровить обстановку в неславянских республиках, но несправедливые приговоры все равно останутся. Раз система работает, значит она неизбежно будет время от времени выходить из строя, вспомните автомобиль – он тоже ломается, хотя по устройству и функциям гораздо проще.

Вы предлагаете встать на место Клименкина. Встал. Стало жутко. Но так же жутко мне было, когда трамвай, в котором я ехал по Москве, сбил мужика, и он лежал в луже крови с расколотой головой. Сколько у нас задавленных, утонувших, сгоревших, какие еще виды несчастных случаев вам перечислить? Судебная ошибка – это тоже несчастный случай, даже если она умышленная. Раз человек живет в обществе (системе), он может пострадать, выпасть из нее, по причинам от него совершенно не зависящим.

Теперь более интересное – это ваша оценка деятельности карательных органов. Одни эмоции и никакого анализа.

Обратимся к истории. Рабовладение, феодализм, капитализм и социализм. Разные формы, разные названия – стража, полиция, милиция – и одинаковое отношение к ним как со стороны защищаемых, так и хватаемых. Впрочем, у последних есть какое-то понимание (на то и щуки в пруду, чтобы карась не дремал).

Чем же это объяснить. Я раньше представлял государство в виде большой избы, народ в ней хозяин, милиция это сторожевой пес, охраняющий добро хозяина.

Но по более зрелому размышлению я понял, что ошибся. Органы это не сторожевой пес а социальный ассенизатор. Когда ассенизация становится профессией, то поневоле придешь со временем к выводу, что окружающий мир – это большой сортир, а люди – переводчики хлеба на дерьмо. И ваши требования 100% справедливости, гуманности и чуткости примерно то же самое, что требовать от золотаря работать в белом халате и чтобы во время работы вокруг благоухало розами.

И последнее. Мне кажется, что вы все же дали ответ, сами не зная того. Это история с мужем вашей соседки, который надоедал вам в пьяном виде. Вы занимались уговорами. Ну да, вы благородный и интеллигентный, «бить человека по лицу я с детства не могу», вы занимались душеспасительными беседами и уговорами. Чем кончаются уговоры, отчетливо видно на судьбе Керенского, одинаково презираемого двумя противоположными лагерями. Вы пишете, как уважительно этот Жора стал смотреть, когда его забрала милиция. Уверяю вас, что если бы вы сами набили ему морду, он бы смотрел не менее уважительно. Но это грязная работа, пусть ее делают грязные люди, бойченки, милосердовы и иже с ними. Покуда вы будете бояться запачкать руки, бороться с жориками будут вышеперечисленные товарищи, ведь вакуум заполняется быстро. Либо убирайте грязь, либо не крутитесь под ногами с человеколюбивыми воплями…»

На этом письмо обрывалось, хотя осталось две с половиной чистых тетрадных страницы. Обратный адрес на конверте: г.Севастополь, К.Колонтаев. Письмо № 14.

Странное письмо. Несмотря на несколько пренебрежительный и капризный тон, я чувствовал, что мы с автором письма вообще-то единомышленники. Кроме одного вопроса, очень существенного. Вот это «…либо убирайте грязь» выглядело в высшей степени оригинально. То он призывает к самообороне против «жориков», а потом вдруг требует, чтобы кто-то «убирал грязь»… Кто? Что же касается описанных в «Пирамиде» моих отношений с Жорой Парфеновым, мужем соседки по коммунальной квартире, который «надоедал в пьяном виде», то если бы лично я набил ему морду, на моей писательской работе дома можно было бы ставить крест. Ибо Жоре только это и нужно было – тогда у него появилось бы увлекательное занятие и цель в жизни: мстить, мстить, мстить… И мне нужно было бы очень стараться, чтобы постоянно держать Жору в узде – тем более, что он был разрядник по самбо и килограммов на пятнадцать тяжелее меня. Для того и существует в обществе разделение труда, чтобы каждый делал свое дело, а суд и полиция, в частности, занимались «ассенизаторской работой». За нее им и платят. Что хотел сказать гражданин Колонтаев своим письмом, непонятно. По-моему, он сам это не понял, потому и не дописал. Хотя послал ведь…

Как-то не принято цитировать письма комплиментарные. Комплиментарные я цитировать и не собираюсь. Но те, что по делу, те, что явно от души и СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ, не процитировать считаю лицемерием и дешевым кокетством. Тем более, что они все ПОДЛИННЫЕ.

«…Прочла Вашу «Пирамиду». Я – старая женщина – становлюсь перед Вами на колени и целую Ваши руки. Написать Правду – это подвиг. И очень трудный подвиг. Подвиг совершил и главный редактор журнала и члены редколлегии. Всем им низко кланяюсь. Не знаю, что ждет Вас завтра (что нас ждет завтра), если с высокой трибуны стали раздаваться призывы переложить все на плечи основных виновников и забыть (Е.К.Лигачев). Призывают забыть море крови невинных людей, искалеченные судьбы… Но ведь мы, искалеченные, еще живы. Мы научились молчать, но забыть не в наших силах. И только потому, что нас научили молчать (и призывают опять молчать), и возможно такое беззаконие, которое творят органы милиции, «правосудия», МВД. Похоже, что перестройка не состоялась. А Вы, понимая это, заклинаете всех живых, порядочных людей действовать, чтобы не повторились культовые времена. И Ваше последнее: «Успеем ли?» говорит об очень многом. Но я верю: до тех пор, пока есть мужественные люди, подобные Вам и членам редколлегии, есть надежда на демократию.

С глубоким уважением

Галактионова И.В.

Мой адрес…»

Г.Ашхабад. Письмо № 184.

Хочу быть правильно понятым. Это письмо – как и другие подобные – я цитирую не потому, что автор письма якобы хвалит меня. Она хвалит не меня (меня она совершенно не знает), она поддерживает публикацию правды. Этим ценны письма читателей! Не важно для них кто написал повесть. Важно что написано. Так и воспринимаю я эти письма. Не лично. Не прав был Первый зам и другие редакторы, упрекавшие меня в «личной линии». Личная не задела бы читателей, которые обо мне лично понятия не имеют. Мою «личную линию» они восприняли как СВОЮ. В этом и суть. Мои «интеллигентские переживания» оказались близки людям! Это ли не главная цель писателя?

А вот еще письмо:

«…ОГРОМНОЕ СПАСИБО за Вашу такую нужную повесть. Это самая лучшая повесть, которую мне довелось прочитать за 24 года своей жизни. Это жизненно необходимо знать каждому современному человеку нашего общества. Повесть о повести показывает, что и в наше время правда всегда восторжествует, даже если порой не хватает жизни…

Еще раз огромное спасибо!!! – Ваша, а может и наша «Пирамида», дает о многом поразмыслить совсем по-другому…

Желаю творческих успехов!!!

Кукин Андрей».

г.Москва. Письмо № 183.

Заметьте: это, как и другие подобные письма, подтверждают мою мысль: не о Клименкине речь в моей повести и не о конкретном «оценочном» «кровавом деле парня». О Пирамиде речь, об атмосфере в нашей стране! Так и восприняли повесть читатели – что и пытался я с таким трудом доказать редакции уважаемого журнала.

«Юрию Аракчееву. Лично.

Прочитал Вашу статью в журнале 8,9 и Прошу Вас помочь мне. Я Пострадал от органов М.В.Д. Кировского р-она г.Саратова 2.05. 1980 г. В органах меня Били. Пытали на допросе, а когда я им Заявил что наних Пожалуюсь то они мне поеснили что Жаловаться мне придется Им и Наних если они меня неубьют то посадят так что я никогда неосвобожусь и слово свое здержали. Сфабриковали уг. Дело 24.07.1980 г. по сговору с Судьей я был засужен. И вот 8-й год я ищу Справедливость в СССР и чувствую что зря ее найти невозможно. Но прочел Вашу статью и почувствовал новый прилив сил. Я обращался во все инстанцыи СССР вовсе Газеты, Журналы, какие мне извесны, но никто нихотит мне помочь. Так как видно боятся за свою шкуру, да я и ранее судим Неоднократно. Но я Человек и Невиноват. Я неграмотный и заменя некому заступиться, денег у меня так нет, чтобы ковото заинтересовать. А на чисто человеческих отношением к Человеку никто нехотит и поэтому обращаюсь к Вам. Лично. Дело схожее. Но только там был Каспаров а здесь ненашлось порядочного человека. Еслиб вовремя статья была опубликована то возможно ктото бы и нашелся. Я обращаюсь к Вам как Вы Человек не посчитались ни с чем и Добились Справедливости в СССР и прошу Вас Помогите мне. Клянусь Вам я невиноват. За это время я получил кучу Отписок некоторые можно поместить в Журнал Крокодил. А это ответы с Высших органов Власти. Убедительно Вас прошу Помогите. Я невиноват и самостоятельная моя писанина безуспешна. Подробности и факты Собчу Вам, как Вам угодно. Хоть письменно. Хоть усно но желательно что бы Вы комне приехали на беседу и ознакомления Отписок.