– Неправда. Я учу её быть стойкой и давать отпор. И между нами ничего нет. И не будет – если только она сама вдруг не захочет, но я, пожалуй, приложу усилия, чтоб не захотела.
– Врёшь, – сан Хаггана выдохнула еще облачко дыма в лицо Деми, и тут он уже не выдержал.
Встал с оградки, выдернул у инспектора из мундштука сигарету и растоптал. Затем схватил женщину за плечи – опять поразившись, насколько та жилистая и твёрдая! – и слегка тряхнул.
– Да чтоб я по швам лопнул, Айрина, если ей наврежу, – тихо сказал Деми, глядя в тускло-зелёные глаза инспектора. - Ей со мной жить – так лучше сразу удавиться.
Он вдруг вспомнил нежные губы, жаркий поцелуй и ещё – тот первый танец, когда было так приятно держаться за тонкую талию и прижиматься к упругой небольшой груди. А ещё полный сочувствия взгляд, лёд на обожжённую пощёчиной щеку, взгляд из-под ресниц.
Если ей лучше без него, то ему-то без неё будет куда как плохо.
– Удавиться? – Хаггана раскурила новую сигарету. – С тобой?
Помолчала, потом вздохнула:
– Да и со мной тоже.
– Тогда, значит, вы согласны?
– С чем?
– Оставьте её. Следите за мной, если хотите, но не трогайте Рену.
– Она обещала мне сигнализировать о твоих планах, Котт, - криво усмехнулась Хаггана. – Да так и не начала, кстати. В управлении на ней уже поставили галочку – мол, сотрудничать отказалась, репутация под сомнением.
– Я сам вам всё доложу, – невозмутимо ответил Деми. – Да вы и сами догадались вон, насчёт араны Гедеоны-то! А что? Ничего противозаконного, между прочим. Разве араны не могут вытащить человека из долгового рабства? Я и Рену пристрою, дайте срок.
Хаггана поперхнулась дымом и долго кашляла.
– Вы же можете сделать так, чтобы Рена за меня была не в ответе, – добил её Деми. – Вы же просто её хотели припугнуть, Айрина. Валите всё на меня… если, конечно, будет что валить. Жениться в этой стране ещё никто никому не запрещал, даже на аранах.
– Я подумаю, – неохотно сказала инспектор. – Ради девочки, не ради тебя.
– Ну я так и думал, что ради девочки, – пожал плечами Деми. – Значит, это дело улажено?
– Я подумаю.
Она пошла к своему мобилю, сутулясь и сунув руки в карманы. Деми поискал в себе сочувствия к высушенной работой женщине… но не нашёл. Она точно так же манипулировала Реной, как и он – только делала это более грубо и нетерпеливо. За что ж её жалеть?
Разве за то, что ей не досталось ни одного такого же тёплого сопереживающего взгляда от Рены, какие достались ему!
ГЛАВА 19
Бывает, что тебе предстоят муки выбора. Выбрать между добром и злом, тернистым честным путём и гладким неправедным. Муки эти могут оказаться совершенно невыносимыми, и многим приходится терзаться вот точно так же сильно, как Рене по возвращению от сестры! Она страдала уже несколько минут, выставив перед собой свой небогатый запас обуви, потому что новые ботинки натёрли ей ногу. Выбор предстоял в прямом смысле сложный, между красотой и удобством.
– О, собираешься надеть эти башмаки? – поинтересовался Деми.
– Так они тёплые и вполне обношенные… хотя и видали виды. Как будто я войну в них с пехотой прошла, да?
– А вот эти туфли?
– Ну… они хотя бы красивые.
– А новые ботинки?
Рена выставила пострадавшую ногу. Деми посмотрел на стройную лодыжку, там, где шёлковый чулочек украсился влажным пятнышком от лопнувшей мозоли.
– Тогда выбери ботинки, – посоветовал он. – Трамвай идёт только до середины рабочего квартала, дальше уже только пешком.