— Зачем ты так?
— Я не мог скрывать правду, а она такова, что он первый кандидат на роль убийцы.
— Где… Максим? — я не могла думать о нем, как о теле.
— Он передан в морг на вскрытие, завтра состоятся похороны, насколько я понял его мать.
— Хорошо, я, пожалуй, пойду. Спасибо, что уделил мне время, — я повернулась идти обратно к корпусу больницы.
Даниил догнал меня через пару шагов:
— Нина, — взял он меня аккуратно за руку, — я хотел ещё спросить: как насчёт нас?
— Нас, — я удивлённо и отстраненно посмотрела на доктора, — а разве "мы" были? Лучше обрати внимание на свою ассистентку. Она давно тебя любит. Извини, я тороплюсь.
Я пошла вперёд быстрыми шагами, оставляя мага-целителя за собой. Я не чувствовала у него ко мне никакого чувства, только огромную усталость. И помощница Даниила лучшая кандидатура, чем странная я. Он поймёт это со временем. А пока я улавливала шлейф тоски и грусти. Напьётся сегодня, к гадалке не ходи.
Стефан все так же прохаживался около машины, а на меня неожиданно навалилось ощущение полной нереальности происходящего. Я ощущала себя мертвецом, невесть как затесавшимся среди живых. Мертвым грузом лежало сознание, мысли вяло шевелились, а тело решительно стремилось исчезнуть с радаров. Мне захотелось вернуться к жизни так сильно, что я даже растерялась: вот же он, покой, стоит только расслабиться. А жизнь — это суета, бесконечная вереница событий и постоянное напряжение. Но единственное уцелевшее во мне желание — было желание жить. Вдохнуть полной грудью воздух, ощутить прикосновение любимых губ, зажмуриться от яркого тёплого солнца…
И я решилась. Подошла к Стефану и, обняв его, поцеловала, он мгновенно подхватил поцелуй и мастерски повёл меня в нем. Мы страстно целовались, пока не раздался автомобильный гудок такси, водитель утомился ждать влюблённых. Всю дорогу Стефан не отрывал от меня взгляд, а я держала его за руку, боясь передумать и снова вернуться в спокойный мир мертвых. Я не запомнила, как мы доехали, как поднялись наверх. В квартире Стефан не стал включать свет, в многочисленных зеркалах отражались уличные фонари и наши тела, вновь прильнувшие друг к другу. Дорожка из снятой и разбросанной одежды, бесконечные поцелуи, радость от обладания друг другом, ласки и стоны. Эта ночь изменила многое в моей жизни.
Заснули мы далеко за полночь, уставшие, но абсолютно точно живые и счастливые.
Утро было хмурым, я резко села на широкой кровати, и нащупала очки. Стефана рядом не было, а находилась я, судя по всему, в его комнате. Часы показывали десять утра, а записки рядом не наблюдалось. Пока я собиралась с мыслями и искала свою одежду, пришёл улыбающийся Стефан. В трусах и фартуке на голый, весьма спортивный торс. Я вновь невольно залюбовалась: как мужчина Стефан был сложен безупречно, даже излишне суховато. Но в силе его рук сомневаться не приходилось: на память пришли несколько довольно рискованных ночных поз, и я покраснела.
— Доброе утро, цветочек, — потянулся поцеловать меня Стефан. Я, немного представляя как выгляжу с утра, увернулась и убежала в ванную.
— Доброе утро, Стефан, — покричала на ходу, — сегодня похороны Максима, я бы хотела успеть.
Парень появился на пороге ванной с серьёзным выражением лица:
— Ваш участковый?
Я кивнула. Без очков мир казался нечетким и размытым. Паста отдавала насыщенным ментоловым вкусом.
— Дмитрий Евгеньевич задержан… — произнесла я, стараясь не смотреть на парня. Мне почему-то стало стыдно, будто это я виновата в произошедшем. Стефан замер на секунду, а после его лицо заледенело:
— Вот значит как! Ты не хочешь мне ничего сказать?
— Что? Я попросила его навестить Максима в больнице, потому что Максим хотел сказать мне что-то важное, после его визита Максим умер. Что тебе ещё хочется знать?
Мы сидели на кухне, где в чашках уже испускал пар бодрящий сливочно-горький кофе, а рядом стояло блюдо с бутербродами и сладостями.
— Что там произошло? — спросил Стефан, снимая фартук и аккуратно вешая его в шкаф.
— Я… я не знаю, правда. Максим встретил маньяка и вместо того, чтобы рассказать о нем полиции, попал в больницу. После встречи с Биг Боссом Максим умирает. Может Доктор Рабен и есть маньяк?
Я сама не верила в то, что говорила, но факты вещь упрямая.
Стефан переваривал информацию, вместе с приготовленным завтраком.
— Значит так, цветочек, я прошу тебя больше не светиться на улице. Нет, не прошу, умоляю! Ради меня и моего спокойствия…
— А как же похороны? Я бы хотела проводить Максима…
Стефан скрипнул зубами:
— Я отвезу тебя туда и заберу обратно, как только будешь готова — позвони. А я пока узнаю, как помочь доктору Рабену.