— Так и есть — и добыванье там было большое, да еще двадцать блях-мух упало в те сундуки с каждой желтой монеткой.
— Бляха-муха не стоит и одного шиллинга, — заметил Патси. — У меня можешь ими разжиться, две штуки за полпенни, а полно народу даст тебе их за так, гнилой ты ворюга этого мира! А получи я назад ту плюшку табаку, что дал тебе пару минут назад, я б сунул ее в карман — вот как есть — да и сел бы на нее в придачу.
— Не забывай: толкуешь о том, что было, — сказал Билли Музыка.
— Будь я из твоих работяг, — завопил Патси, — ты б со мной так не обходился.
Счастливо улыбнулся ему Билли Музыка.
— Не обходился б? — переспросил он, склонив голову набок.
— Не обходился, — подтвердил Патси, — не то я бы тебе череп лопатой проломил.
— Будь ты среди моих работяг, — миролюбиво ответил ему собеседник его, — ты б смирен был, словно котенок, ползал бы вокруг меня с шапкою в руке, вскинув взор, будто подыхающая утка, и приговаривал «Да, сэр» и «Нет, сэр», как все прочие трудяги, из кого я выколачивал начинку вот этими кулаками и чей дух ломал трудом и голодом. Не болтай сейчас, бо не ведаешь ты о таком, пусть и удалось тебе стибрить у меня наседку, когда я был занят.
— И пару славных сапог, — победно добавил Патси.
— Желаешь дослушать рассказ?
— Желаю, — ответил Патси, — и беру назад свои слова насчет табака: вот тебе добавка для трубки.
— Благодарю покорно, — отозвался Билли.
Вытряс из трубки пепел, набил ее и продолжил рассказ:
— Среди всего этого случилось со мною чудесное.
— Самое то — начинать с такого, — одобрительно молвил Патси. — Хороший ты рассказчик, мистер.
— Дело не столько в этом, — отозвался Билли, — сколько в том, что рассказ хорош — чудесен рассказ.
— Картошка почти готова, Мэри а гра?
— Совсем скоро будет.
— Попридержи рассказ ненадолго, пока поедим картоху и по чуточке кроликов, бо, скажу тебе, обмяк я от голода.
— Я и сам ничего не ел, — сказал Билли, — с середины вчерашнего дня, а у еды тут дух такой, что я дурею.
— Еще не совсем готово, — сказала Мэри.
— Готово достаточно, — объявил ее отец. — Экая ты привередливая нынче! Вытаскивай сюда, раздай всем по кругу, да пусть не перемрут люди у тебя на руках.
Мэри сделала как велено, и пять минут не слышно было ничего, кроме движенья челюстей, а следом не видать стало и никакой еды.
— Ax! — вымолвил Патси с великим вздохом.
— Ой и впрямь! — проговорил Билли Музыка со своим вздохом.
— Клади вариться еще картошки, — велел Патси дочери, — и вари ее, обгоняя время, когда рассказ завершится.
— Я бы вдвое больше съел, чем мне досталось, — признался Арт.
— У тебя и было вдвое больше, чем у меня! — сердито вскричал Патси. — Я видел, как девчонка тебе картошку выдает.
— Я не жалуюсь, — ответил Арт, — а просто сообщаю данность.
— Тогда ладно, — сказал Патси.