–На твоём месте я бы не обольщалась, ― Драгана быстро взглянула на меня. ― Вампир никогда не поставит интересы смертного выше интересов вампиров. Мне жаль, если ты надеялась на его помощь.
Я попыталась переварить услышанное, собираясь с мыслями, потому что последняя надежда на спасение таяла на глазах. Я не смогла и не успела ничего больше сказать. Драгана выскользнула из хижины, оставив меня в одиночестве разбившихся надежд. Она, видимо, ушла: кроме щебета просыпающихся птиц ничего не было слышно.
Глава 12. Секс, ложь и видео
После убытия Драганы в неизвестном направлении мною на какое-то время овладела апатия. Поведение подружки Григориуса было настолько для меня неожиданным, что я затруднилась бы его объяснить.
– Драгана! ― воскликнула я, надеясь, что она бродит где-то поблизости. ― Что всё это значит?
Ответа не последовало, и мне самой нужно было искать объяснения тому, что заставило её оставить меня здесь со связанными руками. Может, их можно развязать? Я пошевелила кистями рук, которые уже затекли от неудобного положения. Самой мне было не избавиться от жёсткой верёвки, которой вампирша стянула мне руки за спиной, но можно ведь поискать подсобные режущие предметы. Наверняка, вампиры не бывают такими же внимательными к своим пленникам, какими могут быть люди. Не приводит ли их превосходство к недооценке возможности смертных…
Я принялась рыскать по помещению в поисках подходящих предметов, ибо надеялась, что соорудили его всё-таки люди. Может статься, что вампиры в принципе лишены импульса созидать что-либо… И есть ли тогда чисто вампирские артефакты, ― принялась я размышлять, отвлекая себя от своего незавидного положения. Разгребать скопившийся в хижине в небольшом количестве хлам было очень неудобно с руками, завязанными за спиной. Но мои умозаключения оказались верными ― среди непонятного происхождения деревянных обломков и проржавелых металлических деталей, валявшихся в углу, я обнаружила обломок косы, затупленный, но для моего случая вполне достаточный. Луч оптимизма озарил лачугу. Пять минут пиления веревкой о лезвие и ―вуаля! ― руки развязаны!
Я вылезла из хижины без особых предосторожностей. Чутьё вампира таково, что позволит обнаружить меня, проявляй я хоть какие чудеса осторожности. А если в радиусе многих километров нет вампира, который хочет вас найти, то можете смело двигать в нужном вам направлении. Я так и сделала, определив по солнцу примерно, куда идти. Полчаса ходу по лесу ― и я на опушке. К сожалению, местность не показалась мне сильно знакомой. Но я и не рассчитывала выйти на прямую дорогу до Бон Темпс. Однако, хотя бы приблизительно знать, в какую сторону двигаться ― вправо или влево? Искать направление вдоль леса опасно, здесь вампирам меня легче всего обнаружить. Хотя сегодня и солнечный день, что несколько ограничивает их возможности, но в безлюдных местах они могут пренебречь скрытностью. Положившись на удачу, я двинулась в правую сторону от леса. К небольшой рощице. Смутные сомнения, зародившиеся у меня ещё во время моего первого заточения, и слова Драганы о предпочтениях Бориса мешали мне думать непосредственно о нём и о его возможной роли в произошедшем. Наверное, я боялась думать об этом слишком усердно, чтобы самостоятельно не додуматься до правды. Эта трусливая стратегия уже не единожды играла со мной злую шутку, когда вместо того, чтобы правильно отреагировать на тревожные и разочаровывающие знаки, которые демонстрировали мужчины, в которых я в разное время была влюблена, я изо всех сил старалась отвлечь себя от них, проигнорировать или забыть. Но забыть, как правило, не получалось, и раз за разом в своё время я получала ужасные подтверждения своей тревожной интуиции. «Бросай и беги!» ― должно быть первым правилом в отношениях с партнёром, если как минимум два раза за короткое время вас кольнёт странно нехорошее предчувствие в его адрес.
Я вышла к рощице и за деревьями рассмотрела очертания дома. Кажется, я знаю, куда я вышла. Это тот самый «кордон», который я посетила с Борисом в вечер нашего первого «единения». Это довольно далеко от Бон Темпс, так что пешком мне туда не добраться ― перехватить меня по дороге ничего не стоит. С другой стороны, хозяин домика глядел на нас в тот вечер как-то уж совсем понимающе, неизвестно, как он воспримет моё появление сейчас… Но, может быть, я хотя бы смогу здесь придти в себя после моего затянувшегося побега. Я решительно двинулась к дому и постучала в дверь.
Довольно быстро дверь распахнулась, на пороге показался хозяин и непонимающе уставился на меня. Хотя, вполне возможно, я странно выглядела после ночного путешествия по лесу и падения в колючие заросли.
– Привет, ― прохрипела я, ― Можно войти?
– М-м,. .. да, конечно! ― он отступил вглубь, давая мне проход.
Я зашла и окинула взглядом знакомое помещение.
– Садись, ― он пододвинул мне табурет. ― Тебе надо умыться.
Он налил мне кружку воды и поставил передо мной:
– У меня нет зеркала…
– И не надо, ― я взяла кружку и вышла за порог, где смогла, наконец, смыть пыль и пот с лица.
– Спасибо, ― вернулась я в дом и снова обессилено села у стола.
Дэн поставил на плитку чайник, и пока тот закипал, поставил передо мной пузырёк с йодом и кусок бинта.
– Что случилось с тобой, ― поинтересовался он, внимательно изучая меня.
Я открыла йод и стала размазывать тёмную жидкость по своим многочисленным царапинам. Пара из них на руках и на ноге были довольно глубокими, кровь успела запечься, и я сверху смазывала их йодом, приглушённо шипя от боли.
– Неудачно прошлась по лесу, ― мне не хотелось с ним откровенничать.
– Бегаешь по лесу по ночам? ― Дэн усмехнулся и поставил передо мной чашку чая.
– Не собиралась, но вот пришлось, ― я в свою очередь изучала его. У него были красивые зелёные глаза, длинные темные ресницы, тонкие черты лица, изящные мускулистые руки, ― в общем, внешность мало вяжущаяся с обстановкой. Лесник? Отшельник? Отпускник, выполняющий обязанности лесного смотрителя? Выражение лица Дэна немного контрастировало с его романтическим в целом обликом ― он смотрел жёстко и настороженно, и уголки губ его чаще всего были скептически поджаты. Возможно, его просто раздосадовало моё появление.
Несколькими глотками я выпила горячий чай и почувствовала себя значительно лучше.
– Ты не поможешь мне добраться до Бон Темпс, ― спросила я, стараясь не думать, что он мне откажет.
– Почему ты не позвонишь Борису? ― спросил он сухо.
– Потому что мой телефон разряжен, да и номера Бориса у меня нет, ― призналась я. Я ни разу ему не звонила, он даже не предлагал мне такую возможность. Я сама сейчас удивилась этому обстоятельству.
– Вот как? Он сам приезжает за тобой, когда хочет?
– Да, когда хочет, ― устало ответила я. ― Ты поможешь мне?