Я рассказал об эксперименте с вазой и собакой и закончил на том, как академик исчез в комнате после хлопка. Некоторое время мы молчали, Макаров встал и начал ходить по комнате.
– Так значит, у вас есть устройство, которое перемещает за стену?
– По крайней мере так считал академик Ранков.
– Оно работает?
– Да, но надо заряжать. На один заряд требуется около трёх часов.
– И находится у вас в научно-исследовательском институте?
– Да. И я бы хотел показать Вам всё, а потом использовать для себя. Когда я исчезну, или, лучше сказать, перенесусь, делайте с устройством всё, что пожелаете.
– Надо срочно собрать наших учёных, у нас есть небольшая группа тех, кто имеет отношение к наукам. И взять устройство под охрану.
– Да, но всё это после меня. Пожалуйста, сначала поедем только вдвоём. Я и Вы. Я всё покажу, научу, там несложно. Потом вы поедете звать кого хотите, а я в этом время перенесусь.
– Как мне убедиться в том, что это не обман и не ловушка? Может, меня хотят убить, а Вы лишь заманиваете?
Я был готов к этому вопросу и показал свой пропуск в НИИ, документы Ранкова, а также некоторые научные работы с моей фамилией, приказы по институту о проведении экспериментов в том составе, где числились я и академик. Всё это я собрал по кабинетам и лабораториям.
Макарова доказательства устроили, мы прыгнули в его машину и через 15 минут вошли в фойе Института.
– А я ведь знаю эту собаку, – сказал Макаров. Кормилась у нас при гостинице, а бегала по всему Пузырю. Вот и добегалась.
– Да, может, это другая.
– Она-она. На весь Пузырь одна только собака спаслась и кошек штук пять. Конечно, мы смогли посчитать только бездомных. Сколько их по запертым квартирам с голоду погибло, не известно. Хотя они же исчезали также, как и люди. Я не слышал, чтобы кто-то, изучая очередную квартиру, наткнулся на мёртвую кошку или собаку.
– Вот сюда, пожалуйста, – я открыл дверь в комнату.
– Темновато. Окон нет здесь?
– Нет, это помещение для экспериментов с газом, нужны были крепкие стены, а не окна, – засмеялся я.
– Я как-то представлял это более масштабным, – сказал Макаров, проходя дальше.
– Одну секунду, включу генераторы и появится свет, – я побежал в конец коридора, там находилась дверь в небольшое помещение, где на бетонном полу стояло четыре больших стационарных генератора.
Повернув рубильник, нажав стартовую кнопку и убедившись, что один из генераторов заработал, я хотел уже возвращаться, но тут услышал знакомый хлопок. Несколько секунд я стоял, боясь шелохнуться, словно это могло что-то изменить. Сомнений не было.
– Сергей Станиславович, – крикнул я негромко, выйдя в коридор. Но мне никто не ответил. – Товарищ депутат, – повторил я призыв, подойдя ближе.
Осторожно заглянув в комнату, где уже появился свет, более всего я боялся увидеть в ней пиджак, брюки и туфли Макарова на полу. Но именно это я и увидел.
– Как же так!? – обиженно спросил я, обращаясь к туфлям.
Без сомнений, он не знал, как пользоваться Возвращателем. Батареи были заряжены, я всегда держал их в таком состоянии, но и об этом не мог знать депутат. Не мог он знать и о том, как запускается обратный 10-секундный отсчёт. Но с другой стороны, чего тут сложного, серебристый тумблер, расположенный с краю приборного щита, на котором есть и другие кнопки, и рычажки. Академик, поработав паяльником, из всего прибора управления подачей газовой струи задействовал только запуск таймера, так что на остальные кнопки нажимать было бесполезно. Но неужели Макарова привлёк именно этот серебристый рычажок, который он, видимо из любопытства, щёлкнул, не ожидая последствий? Как это теперь узнать?
– Поразительно! – ходил я по коридору туда и обратно, вскрикивая это слово много раз.
Словно убийца, пытающийся скрыть следы преступления, я собрал его одежду и сжёг в топке нашей котельной. В первые часы у меня не было сомнения в том, что произошедшее надо как-то загладить. Возник план: пойти в гостиницу и выяснить у девушки Марины, кто второй после Макарова, найти этого человека и рассказать всё. Желательно повторить, на этот раз успешно, то, что не удалось с депутатом, то есть знание передать и успеть улететь самому. Размышляя, я понял, что всё это сложно, долго и надо ли так делать, ведь попытки были и ничего не вышло. Не плюнуть ли, не улететь ли прямо сейчас, когда зарядятся аккумуляторы? В конце концов, не выйти ли на набережную и не поведать ли тайну Возвращателя первому встречному?
Но я не смог зарядить аккумуляторы. Через полчаса прекратился шум из генераторной, некоторое время я выяснял причину остановки, которая оказалась проста – кончился бензин. Битый час я бродил по подвалам института в поисках запаса топлива, но безуспешно. Одна из дверей, в которой бензин точно должен был храниться – оказалась заперта. Ключи должны были находится на вахте, но их там не было. В баках запасных генераторов что-то плескалось, но теперь я уже не был уверен, что этого хватит для зарядки. Я решил отдохнуть и на другой день отправиться в вылазку за бензином на заправочную станцию.
Но всё обернулось иначе. На следующий день я увидел, как к соседнему зданию подъехали вооружённые люди и вели себя так, как делают те, кто чего-то ищет. Зелень листвы скрывала от меня полную картину, но я испугался, поняв, что это может закончиться гораздо хуже, о чём я раньше и не подумал. В эту минуту я решил скорее улететь вслед за Ранковым и Макаровым, но аккумуляторы Возвращателя не были заряжены. Я смотрел в окно и с ужасом наблюдал, как вооружённые люди поехали в мою сторону и увидели машину Макарова! Чёрт возьми! Я совсем не подумал о машине, ведь её нужно было переставить в другое место! Впрочем, у меня всё равно не было ключей, так как они были сожжены вместе с одеждой и обувью.
Пока незваные гости осматривали внедорожник депутата и настороженно изучали предупреждающие таблички о химическом заражении нашего здания, я запер железную дверь комнаты, в которой находился Возвращатель, и через запасной выход, дворами, убежал из института. Потом я пробрался в Лужники, памятуя рассказ Зиминой о том, что это один из самых пустынных секторов Пузыря, так как в нём нечего делать. Нужно было пересидеть где-то день-другой, а потом, заправив генераторы, улететь сразу же.