— Они выручат Жака?..
— Да, и уже занялись этим…
— А кто были эти двое у тебя в машине?
— О них уже написано в газетах. Это были ультра, Мадлен. Одного из них разыскивала полиция!.. Надеюсь, больше вопросов нет?
Мадлен помолчала немного, потом спросила совсем тихо:
— Папа, а что же теперь будет с тобой… С нами?!.
Отец помедлил, собираясь с мыслями.
— Понимаешь, Мадлен, все это очень серьезно!.. Полиция убеждена, что катастрофы избежать было невозможно!.. Я вывернул машину в самый последний момент, и удар пришелся в заднюю часть кузова… Конечно, меня еще будут таскать к следователю… Ну, ничего, у нас есть кое-какие сбережения. Пока дело решается, проживем…
— А Шарль все знает?
— Я упросил его не читать документы!.. В этом деле чем меньше знаешь, тем лучше!..
— А Шантелье?..
— Что Шантелье? — отец нахмурил брови.
— Шантелье читал?..
— Он рано утром уехал из Парижа. Сейчас он в Лотарингии, у шахтеров…
Мадлен встала.
— Ну, отдохни, папа!
Она подошла к двери и, прежде чем потушить свет, не удержалась и снова спросила:
— Когда же вернется Жак?
— Думаю, что скоро! — ответил Густав сонным голосом.
Мадлен наконец успокоилась. Она села делать уроки. Жизнь уж не так плоха, как казалось ей тогда, когда она томилась на подоконнике. Главное, что отец дома, он с нею!..
Бабушка вернулась поздно. Сняв пальто, она прошла к себе в комнату, пошумела ящиками стола и появилась перед Мадлен с деревянной шкатулкой в руках.
Поставила шкатулку на стол, открыла ее маленьким ключиком и подняла крышку. Сначала она вытащила оттуда пачку старых писем, перевязанных синей лентой, потом пожелтевшие фотографии и, наконец, заветные документы.
— Мадлен! — сказала она торжественно. — Все решено! Как только наши дела немного наладятся, я еду в Одессу… — и выдержала драматическую паузу. — Ты поедешь со мной!.. У Густава я не возьму ни франка! У меня есть собственные сбережения!.. Правда, небольшие, но есть!.. — Она развернула старинные бумаги и подвинула их поближе к Мадлен. — Вот, взгляни! Здесь все написано! Дом принадлежит мне!.. Я попрошу за него совсем немного денег. Ведь за многие годы он им принес немало дохода!..
— Шантелье сказал, что вам не дадут никаких денег!.. — перебила ее Мадлен.
Мадам Жубер упрямо мотнула головой.
— Ты видела сегодня вечерние газеты? Погибли какие-то важные ультра! Так вот, у меня есть один план! — Она придвинулась к Мадлен. — Его одобрили умные люди!.. Ведь там, в России, ненавидят фашистов, их возмущают ультра!.. Я скажу, что Густав является жертвой ультра! Что из-за них он опозорен! Наконец, покажу фотографии в сегодняшних газетах. Мне должны поверить!..
В глазах бабушки прыгали искорки. Она была возбуждена и ждала бурного одобрения Мадлен. Но девочка молчала, и мадам Жубер совсем по-детски обиделась.
Тогда Мадлен обняла ее за шею своими тонкими ручками.
— Знаешь, бабушка! — сказала она. — Жак скоро придет домой!..
Мадам Жубер удивленно взглянула на нее и шумно поднялась с места.