Я снова смотрю на Фабиолу и не могу поверить, что она могла солгать. Когда-либо. Но зачем тогда она отводит взгляд?
— Когда Галилей открыл вращение земли, подобные Фабиоле убили его за предположения о «человеке в небе», — говорит Пиллар.
— Прекрати! — Фабиола напрягает челюсть. — Мы могли бы спорить, кто ты такая целый день напролет, — говорит она мне. — И позволить людям умереть. — Она отрывисто вздыхает и, закрывает глаза будто бы медитируя. Когда она снова открывает глаза, ее охватывает безмятежность. Есть ли вероятность того, что иногда она показывает свою темную сторону?
— У нас новая миссия, Алиса, — говорит она. — Осталось менее двух часов до массового отравления Пекарем миллионов людей. Ты последняя надежда человечества.
— Значит, он не передумал? — Я разочарована, что не смогла изменить ход событий, когда была в Стране Чудес. Я даже не могу начать думать, что все это значит. Неужели Льюису не удалось спасти детей Горгона? Боже мой. Кажется, меня сейчас снова стошнит.
— Нет, отвечает Пиллар. — У нас нет времени, чтобы рассказать тебе, что произошло, к тому же все равно ничего не вышло.
— Значит это конец? — Я не заплачу. Я уже многое повидала. Я знаю, что слезы делу не помогут.
— Тебе остается сделать лишь одно, — выкладывает Пиллар, когда мы въезжаем в Лондон. — И выбора у тебя нет.
— Я сделаю это. Время истекает, — говорю я им обоим. — Что такое?
— Мне стыдно за то, что я сейчас скажу, но это наша последняя надежда. — Фабиола с Пилларом обмениваются взглядами, а после поворачивается ко мне. — Чешир позвонил мне в Ватикан несколько часов назад.
Глава 61
— Звонил Вам? — Я знаю, что звонить Фабиоле было довольно оскорбительно, но, должно быть, это одна из его зловещих уловок.
— По телефону, Скайпу, WhatsApp? — спрашивает Пиллар, но мы игнорируем его.
— Он явился ко мне, забравшись в какую-то каявшуюся женщину, прямо в исповедальне, — отвечает Фабиола. — Даже говорить об этом не хочется.
— И он сделал ей предложение, от которого она не смогла отказаться, — шутит Пиллар.
— Чешир сказал, что знает как остановить Пекаря, — продолжает Фабиола. — И прежде, чем пойдут всяческие комментарии, я знаю как унизительно и иронично все это. Человек, который создал злого убийцу, чтобы терроризировать нас, сообщает нам, как избавиться от него.
— Он дурачит нас. Это аналогия. — Серьезность Пиллара возвращается.
— Для чего? — спрашиваю я.
— По рассуждениям Пекаря, продовольственные компании создают еду, от которой мы заболеваем, так что, в конце концов, мы обращаемся за лекарством в медицинские компании. И медицинские и продовольственные компании принадлежат Корпорации Черные Шахматы. Они продают нам яд, от которого после лечат нас. То же самое сейчас делает Чешир.
— Я не хочу сейчас смущать ее деталями о Корпорации Черных Шахмат. — Фабиола всплескивает на Пиллар руками. — На самом деле, Чешир настаивает на том, чтобы рассказать тебе, как избавиться от Пекаря. — Она смотрит на меня. — Он встретиться с тобой в Мадфоге…
— Мадфоге, где сейчас все мертвы. Он выглядит, словно уменьшенная версия Английской Черной Чумы в 1600, - комментирует Пиллар.
— Туда мы едем? — спрашиваю я.
Фабиола кивает.
— Тебе придется пожать руку дьяволу, чтобы спасти невинных. Я знаю, это благородный поступок.
— В задницу такое благородство, — бормочет Пиллар, но я все равно его слышу.
— Ты готова ко встрече с ним? — спрашивает меня Фабиола. Я киваю.
Шофер останавливает машину. Полагаю, мы прибыли в Мадфог. Когда я опускаю окно, из города тянет мертвечиной. Вид распластанных тел ничем не отличается от любого другого зомби — фильма, что я видела.
— Неужели никто не убрал в городе? — Не могу поверить в это.
— По новостям передавали обратное. — Морщится Пиллар, но затем он меняется в лице. Он замолкает и смотрит на меня сверху вниз. Не знаю, что он пытается во мне разглядеть. — Ты еще не прочла мою записку о Джеке? — спрашивает он.
— Нет. Я не нашла ее. — Сую руку в карман и снова не нахожу ее.