— Баю-баю-баюшки… — Начала она снова напевать старую колыбельную песенку.
— Так что с канатами? — Решил я ее прервать.
— Жалко Тима. Очень жалко. Очень. Он как друг. Он как брат. Я с ним вместе вырос. А Веру вот видел несколько раз. Не знал, что она с Тимом.
— Он уровней на десять поднялся, а потом стал платформу крепить. А Ключ на платформе не сработал. Надо было сразу проверить. Он не хотел без меня на Крышу подниматься. Он крикнул, что знает как ее остановить и вот эту железку в распор вставил. — Вера ткнула пальчиком с обломанным ногтем в искореженный стальной двутавр, валявшийся рядом.
— И платформа не выдержала? Да? — Вера кивнула. Прятала лицо в коленках и снова запела свою колыбельную.
— Эх, Тим-Тимофей. Старый друг. Умный и добрый. Что же это ты так?
Я придвинулся к лежащему Тиму ближе, трудно подняв его голову, положил себе на колени.
— Ты же сам мне всегда говорил: найдешь платформу, вначале закрепись, а только потом включай. Даже, если платформа не выдержит или канаты оборвутся, страховка тебя всегда спасет.
— Он страховался? — Протолкнул я через сухое горло бесполезный вопрос.
— Не знаю… — Отозвалась Вера, так и не подняв лица из-за коленок.
— Не знаю, Веревку с собой брал. Все смеялся еще. Все шутил. Говорил, что у Изгоев Крылья должны вырасти, если они падать начнут. Может быть, думал, что если упадет, так они вырастут. — Вера выбралась из-за своих коленок. Положила на них подбородок. Губы ее скривились. Она снова была готова заплакать.
— Сказки — это все… — Дрогнувшим голосом оборвал я Веру.
— Враки.… Зачем Крылья, если летать не куда? Зачем нам летать? У нас же ноги есть. А если далеко так Бегуны довезут или письмо можно написать. Только грибов раздобыть и все. За грибы они, куда хочешь, тебя довезут.
— Да-а-а, Самсончик… — Вдруг возмутилась Вера.
— А на Крышу они тебя за грибы повезут?
— А вот и повезут! — Возмутился я, хотя знал наверняка, что никакой из Бегунов, ни за какие грибы и протеины не захочет нести какого-то Изгоя на Крышу.
Тем более на Крышу.
— А ты пробовал? — Прищурила Вера свои большие глаза, которые теперь уже не казались испуганными.
— Н-н-ет… — Протянул я, остывая.
— Не пробовал… Ты, прости, меня, Вера. — Вдруг вырвалось откуда-то из глубины.
— Прости. Тим умер, а мы про Бегунов с тобой спорим. Никто Изгоя на себе не повезет. Никто. А уж Бегуны и подавно. Я им два рулона протеинов предлагал за то, чтобы они Тима поискали.
— И что? — Округлила глаза Вера.
— Не захотели… — Потупился я.
— Вот… — Стала Вера кривить губы снова.
— Никому мы не нужны, Самсончик. Никому. Совсем.…
— Совсем… — Эхом отозвался я.
— Вера…
— Чего тебе? — Отозвалась девушка, хлюпая носом.
— Давай Тима похороним? Он был нам добрым другом.… А тебе… — Я покраснел. Какие отношения связывали Веру, и Тима я не знал.
— Дурак! — Выпалила Вера и снова спряталась за коленки.