— Вера ты?
Мои глаза, не смотря на пыль стали совсем круглыми. Вот кого я здесь не ожидал увидеть так это Веру.
Маленькая худенькая, с испуганными глазами. В мешковатой совсем тоненькой нательной рубашке. Ей и рюкзак то не утащить. Она сидела рядом Тимом и отгоняла червей тонкой арматурной проволокой.
— Самсончик, это ты?
Вера подняла свои испуганные глаза вверх.
— А кто же?
Ругнулся и опустился рядом.
— Я же говорил ему! — Продолжал я ругаться.
— Я же говорил. Ландгрувер не обиделся. Ему тогу вернули и все. Храмовники только выговор сделали. Они не отдадут нас Химикам. Он обещал. Его неделю не было, Тим и испугался.
Пальцы коснулись посеревших губ Тимоши. Они были сухими холодными и жесткими, словно бетонные стены.
— Тим! — Толкнул я его в плечо.
— Тимофей! — Тело оставалось неподвижным. На уголке полуоткрытых губ застыла грубой коростой высохшая капелька крови.
— Тимофей!!! — Разозлившись, толкнул я его сильно в грудь.
— Он умер, Самсончик. — Произнесла Вера тихонько. Подтянула колени к лицу. Обняла их руками и стала покачиваться тихонько подвывая.
— Баю баюшки баю.… Не ложися на краю.… Придет серенький волчок.… И укусит за бочок… Баю-баю баюшки.… Спите мои заюшки…
— Вера… — Оторопел я.
— Ты чего? — Вера продолжала покачиваться, не обращая на меня никакого внимания.
— Спите, мои заюшки… Баю-баю-баюшки…
По выпачканной щеке потянулась к подбородку бороздка чистой кожи. Она плакала. Светляки в моем фонаре завозились. Свет, встревоженный слезами Веры, часто заморгал.
— Он решил на платформе до Крыши подняться. — Без всякого перехода произнесла Вера. — Он говорил, что эта шахта работает и что нужно только найти Ключ, чтобы подъемники включить.
Я обессиленный присел рядом. Пошарил в рюкзаке. Достал фляжку. Нацедил целый колпачок, протянул девушке.
— Пей! — Вера благодарно кивнула. Выпила воду и протянула мне колпачок обратно. Я навинтил его на флягу. Сам бы напился, но воды впритык.
— Когда я еще здесь воду найду. Не бетон же есть как черви?
— Нашли? — Глухо спросил я Веру.
— В то, что Тим погиб я до сих пор не верил. Ландгрувер же говорил, что он его не чувствует. Но я ему не верил. Все верили. А я не верил. И Бегуны верили, и Землерои и Заходер сказал, что если Храмовник сказал, что Тим умер так, так оно и есть. Все верят Храмовникам, только Изгои всегда сами по себе.
— Почему так?
— Нашли… — Грустно кивнула Вера всклокоченной головой.
Ее черные жесткие волосы в известковой пыли казались в бледном свете фонарика совсем седыми. А сама она казалась старой. Хотя нет. Она казалась ребенком, который вдруг стал старым. Правильное красивое умное лицо и седые волосы как у Заходера. Я передернул плечами.
— Он сказал, что если он поднимется так и я смогу подняться. А Ключ вон там. Он и сейчас включен. Только канаты очень старые. Проржавели все…
Вера замолчала. Покачивалась, как и прежде из стороны в сторону.