Ночь беззакония: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он так и не ворвался.

Брэди звонил дважды, и оба раза у меня разрывалось сердце, когда я уверяла его, что имела в виду то, что сказала. Оба раза мне хотелось, чтобы на другом конце провода был Каспиан. Оба раза я сомневалась в своем здравомыслии.

Вскоре после окончания школы отец купил старый театр на 42-й улице и переделал, чтобы он выглядел точно так же, как в 1940-х годах. Он сказал, что это было сделано для того, чтобы уберечь Линкольна от неприятностей и дать мне и моим ученикам место для выступлений. Линкольн увлекался ММА, поэтому он устраивал там турниры и любительские бои. Три раза в год я устраивала публичные выступления для своих учеников. Это давало нам всем повод для радости и помогало отцу сохранить лицо, поскольку никто из нас не учился в колледже. Таким образом, мы все еще были успешны в глазах всего мира — его мира.

Наше следующее выступление было через несколько недель, а это означало, что с сегодняшнего дня я буду проводить много времени в этом театре. Линкольн даже сделал для меня набор ключей, чтобы мне не приходилось беспокоить его каждый раз, когда мне понадобится войти.

Снаружи театр выглядел как обычное здание из кирпича и стекла. Над шатром висела неоновая вывеска и стояли большие деревянные двойные двери. Внутри же здание выглядело так, словно кто-то выкрал его прямо из центра Парижа и поместил в Нью-Йорке. Стены были выкрашены в кремовый цвет слоновой кости с коричневыми акцентами и золотой отделкой. Через каждые несколько футов на стенах высоко над сиденьями висели красочные фрески с изображением городов с золотыми храмами и танцующими людьми. Балкон образовывал полукруг, откуда открывался вид на расположенную внизу зону отдыха. Оттуда сиденья внизу выглядели как сад красных маков, цветущих перед сценой. С середины расписного потолка свисала замечательная люстра из золота и хрусталя. Она гармонировала с бра, висевшими на стенах. Массивные красные бархатные шторы были раздвинуты, открывая вид на сцену, где я только что закончила отбивать четвертные отметки для своих танцоров.

Каждый год мы ставили одни и те же три балета — по одному для каждой возрастной группы. Я знала хореографию наизусть. За последние несколько лет я сотни раз проходила ее с разными классами. Мне не нужно было повторять свои шаги, но, когда музыка зазвучала над головой и эхом разнеслась по всему помещению, я не могла удержаться от движения.

Мое тело работало на чистой мышечной памяти. Вращаясь, растягиваясь и выгибаясь под воздействием энергии музыки и моих эмоций. Ничто другое не имело значения, когда я танцевала. Ничего другого не существовало.

Затем музыка закончилась. Театр погрузился в тишину, кроме звука моего резкого дыхания.

И громких, медленных хлопков, доносившихся откуда — то из глубины зала.

Каспиан стоял, прислонившись одним плечом к стене возле входа. На нем была белая футболка и темные джинсы. Даже в повседневной одежде он выглядел как королевская особа. Его взгляд прожигал насквозь мой купальник с длинными рукавами и леггинсы.

Я затаила дыхание, наблюдая, как он идет по центральному проходу между рядами сидений, думала, что провела последние несколько дней, скучая по нему, но правда заключалась в том, что он никогда не уходил. Он всегда был там, под моей кожей, в моей крови.

— Ты знаешь, что всегда можешь отправить смс или позвонить. — Я ухмыльнулась ему. — Если только все эти жуткие сталкерские вибрации тебе не по душе.

Он остановился перед сценой и посмотрел на меня. — Думаешь, это жутко? — Блеск в его глазах сказал мне, что он уже знает ответ.

Нет.

Я не думала.

Наверное, стоило бы. Но мысль о том, что он наблюдает, а я не знаю, что он наблюдает, возбуждала меня так, что это было далеко не здорово.

Я наклонилась, взяла со сцены белое полотенце, чтобы вытереть лицо и шею. — Это определенно ненормально.

Каспиан втащил себя на сцену с минимальными усилиями. Как будто подняться на платформу высотой в три с половиной фута было для него обычным делом. Он подошел к синему X, на котором стояла я. Я вдохнула его запах, пьянящую смесь бергамота и кожи. Все мужское. Вся изысканность. От силы его присутствия у меня затрепетал живот.

Он поднес руку к моему лицу и провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе. — В нас нет ничего нормального.

Можешь повторить это еще раз.

Он приоткрыл мой рот, а затем засунул большой палец внутрь.

Я провела языком по нему, втягивая его дальше в рот.

Каспиан отнял руку от рта и обхватил мою задницу, притягивая мое тело к своему. — Мне нравится наблюдать за тобой. — Его эрекция уперлась мне в живот. Ткань между нами даже не имела значения. Я все еще чувствовала его, как будто он был погребен внутри меня. Воздух между нами был заряжен, это была магнитная сила, которая не поддавалась разрушению.

Я улыбнулась. — Вижу.

Он погладил мою щеку указательным пальцем. — Хочу, чтобы ты станцевала для меня.

Я почти растаяла от его прикосновения. — Я только что это сделала.

— Я имею в виду, когда мы станем старше, сидя в гостиной. Хочу отодвинуть журнальный столик и смотреть, как ты танцуешь.

— Для человека, который любит исчезать, ты точно все планируешь заранее.

Он поднес другую руку к моей заднице. — Ты чертовски права.

Я встретила его взгляд. — А что, если в этом воображаемом сценарии я захочу, чтобы ты потанцевал со мной?