— Я перебирала старые отчёты… Нашла один протокол, и хотела бы, чтоб Вы на него поглядели тоже. Только что вбила в компьютер. У Вас есть чем записать?
Марк подтвердил, и Кэйт продиктовала идентификатор базы данных. Через несколько секунд, отчёт выскочил на экран, заставив следователя подпрыгнуть в кресле.
— Кэйт, пожалуйста, сообщи околоточному, если он ещё раз назовёт это фигнёй, я попрошу «Русского Медведя» приехать в ТШГ и дать обоим депьюти внеочередной урок самообороны без оружия. Это не фигня, совсем не фигня.
— Ким, ты всё слышал? — Голос Кэйт звучал победоносно.
— Кэйт, у тебя тут записаны адреса и телефоны потерпевших. Ты не могла бы проверить, вдруг получится дозвониться?
— Уже дозвонилась, Марк. Сегодня утром. Линда Черби, одна из потерпевших. Сейчас она предпочитает, чтоб звали Линдой Эспинозо, хотя официально смену фамилии не регистрировала. Замужем, как ни странно, – за вторым потерпевшим. Адрес у них сменился, но мобильник прежний. Ну вот, Линда дома. Приедете допросить?
— Ким, ты слушаешь?
— Да, сэр, мы на динамике.
— Садись на велик. Встретимся на углу Кинга и Гаррет. Прямо сейчас!
Марк жал на педали изо всех сил, едва касаясь сиденья ягодицами. Наконец-то! Возможно, старый протокол поможет с точкой отсчёта времени или даст дополнительные сведения о личности убийцы. Тот самый случай, когда убийца допустил оплошность. Ясно, дело пошло не по-плану «Мясника»: потенциальные жертвы-то остались живы…
В соответствии с приказом, Ким ждал на перекрёстке, но не один. Кэйт помахала Марку с багажника полицейского велосипеда.
— Я не смогла усидеть в офисе. Классно! Моё первое полицейское расследование!
— Но, Кэйт, это официальный опрос свидетелей. Боюсь, гражданским лицам нельзя участвовать.
— Я думал, Кэйт уже не гражданские лицо, — сказал Ким. — Её почти приняли в Полицию. Ну, технически, бумаги пока не оформили, но уже вот так близко, — Он показал двумя пальцами, что от вполне официальной работы в Полиции девушку отделяет всего пара дюймов.
— В самом деле? — Марк не думал, это произойдёт так быстро. Только вчера утром состоялся короткий разговор с майором Ферелли. Марк намекал, не стоит ли создать позицию клерка в околотке ТШГ. Начальник участка кивнул и пообещал поспоспешествовать, но настроен был не очень-то оптимистично.
— Представляете, вчера мне вдруг звонят из Кадров. Попросили выслать резюме Кэйт. Но сразу сказали: простая формальность. У них уже есть личное дело, ещё с Флота. Полчаса спустя, на электронку пришла форма заявления. Заполняйте, мисс Боуэн, Вы приняты на работу!
— Класс! Вот это я называю мгновенной реакцией! А в HR сказали, сколько согласны платить?
— Так точно, сэр! Двести десять, до налогов, — улыбнулась Кэйт.
— Двести десять в день? Обалдеть.
— Нет, Марк. Это – за неделю. Потому что работа на полставки: по четыре часа в день.
— Во, козлы! Средняя зарплата полицейского клерка – в четыре раза больше, — Сверх-низкое жалование объясняло быстроту реакции HR. Они получили задачу этом году сократить расходы, а с безногим инвалидом можно не церемониться. Опять «социальный оптимум» в действии, подумал Марк.
— Полставки умножаем на полдевочки… Так и выходит – ровно одна четвёртая. Я не жалуюсь. Могу трудиться в офисе по двадцать часов в неделю и кататься с моим красным ведёрком по Маршруту.
— Знаешь, Кэйт? Если твоё открытие сработает, можешь звякнуть прямо в Офис Шерифа и потребовать полную занятость и повышение зарплаты. Сразу.
Глава 21
Марк последовал за Кимом в трущобы. Вскоре пришлось слезть с велосипедов и толкать их вдоль раскисшей от дождя тропинки.
— Вот наш адрес, — Ким указал на неуклюжую лачугу, кое-как сляпанную из обломков мебели и старых шин. Он постучал в подобие входной двери, — Миссис Эспинозо? Откройте, Полиция…
Дверь открылась; перед ними стояла девушка на последнем сроке беременности. При всём желании, Марк не мог заставить себя назвать её женщиной – судя по внешности, беременной было между четырнадцатью и шестнадцатью. Притом, и рожать не впервой, – «беременная девушка» держала на руках голую девочку возрастом год-полтора. Может, кукол не хватает? Тряпичные и деревянные игрушки местного производства, конечно, не так хороши, как фабрично-пластмассовые беби до Обвала.
— Доброе утро. Миссис Линда Эспинозо? — спросил Ким.
— Ясный пень, Эспинозо, кто ещё-то?
— Можно войти?