И в ту же минуту какая-то длинная фигура прыгнула с крыши через слуховое окно на чердак. По крыше тяжело прогремели сапоги, и снова послышалось:
— Стой!
Тогда та же длинная фигура метнулась от окна к лестнице. Степа понял: это сигнальщик. Не раздумывая, Степа бросился ему под ноги, и тот со всего размаха грохнулся наземь, ударившись головой о дверной косяк.
Незнакомец глухо застонал, выругался, заворочался, но подняться на ноги не смог.
Милиционер был уже на чердаке и поясом связывал ему за спиной руки.
— Слушай, паренек, — сказал Степе милиционер, — там, на крыше, посмотри, не твой ли приятель. Опередил он нас с тобой, дружище…
Степа вскочил на крышу.
Возле дымовой трубы лежал навзничь Миша Корольков. В одной руке у него был зажат кирпич, а в другой — обрызганный кровью погасший фонарь, отнятый у сигнальщика…
Увидев товарища, он приподнялся:
— А этот где? Не убежал?
— Нет, не убежал, Мишенька, не убежал.
— Хорошо! — проговорил Миша счастливым голосом и, выпустив из ослабевших рук кирпич и фонарь, обнял Степу за плечи.
М. Гроссман
ТРОЕ СУТОК
Рассказ
В бархатном небе висит неподвижно луна.
Холодные и мертвые лучи мерцают в воздухе.
Земля вспухает от воды. Мутные потоки распирают берега ручьев, покачивают водоросли на болоте, оголяют у сосен могучие узловатые корни.
Неподалеку чернеют горбатые дзоты, тускло блестит колючка на кольях.
Вторые сутки лежат перед пулеметными гнездами разведчики Смолин, Номоконов и Швед. Позади, спрятав за чахлый кустарник головы, таятся Роман Пайчадзе и Анисим Бядуля. Вымокли все до нитки, проголодались, выругались в душе всеми словами, какие известны.
Швед несколько раз подползал к старшине. Мелко стучал зубами и шептал быстро и раздраженно:
— Старшина! Давай греться.
— Нет, сержант.
Прищуренные, красные от напряжения глаза Смолина сведены в одну точку. Это — вражеский дзот, выбранный для нападения. Смолин не уйдет из трясины. Он будет лежать здесь еще сутки или еще десять. Приказ есть приказ, леший возьми и Гитлера и болото!
Первый гвардейский корпус готовится к атаке. Штабу нужно знать, что здесь у врага? Есть ли тяжелые пушки у бригады «Мертвая голова».
Приказано идти в разведку боем.
Тяжела такая разведка и опасна!
Надо безоплошно добраться до противника, свалиться на него, как беркут на волка, и заставить огрызаться. Тогда и засечь по звуку, по вспышкам орудия и пулеметы.
Дзот, выбранный старшиной для нападения, — на левом фланге бригады. Меж дзотом и блиндажами соседней дивизии — болото. Разведчикам выгодно это: сбоку не ударят.
Двадцать шесть часов лежит перед окопами разведка — днем отползает в кусты, ночью снова тянется сюда.
— Чего ты ждешь? — шипит Швед, лежа возле Смолина.
— Экой ты торопыга, — хмурится старшина. — Потерпи.