— Нет, — упрямо возразил Финч. — Он был уверен и…
— А я говорю, ослышался.
Мистер Франки поглядел на часы и поднялся на ноги.
— Что-то мы засиделись, — сказал он. — У меня полно дел, нужно кое-что вычитать в газетах, да и у тебя есть, чем заняться, полагаю.
Но Финч не собирался так просто сдаваться.
— Вы ведь знаете, кому принадлежит это имя, да? Почему вы не говорите? Гелленкопф. Кто это такой?
Мистера Франки вдруг словно подменили. Его руки затряслись, рот в ярости исказился, морщинистое лицо будто натянулось на череп.
— Вон! — закричал он. — Вон, я сказал!
— Но я…
— Вон! — Старик ткнул рукой в сторону двери. Казалось, он сейчас рухнет в обморок от ярости.
Финч вскочил с дивана, схватил свою пластинку и бросился прочь из квартиры мистера Франки.
— Я не знаю, кто такой Гелленкопф! — неслось ему вслед безумное и полное ужаса. — Я не знаю, кто такой Гелленкопф!
Пытаясь упорядочить мысли и загнать по спичечным коробкам в голове высунувшие свои уродливые носы страхи, Финч спустился на пятый этаж и увидел Арабеллу, неистово дергавшую цепочку звонка у его двери.
Девочка не могла понять, почему он ей не открывает. Услышав шаги за спиной, она обернулась.
— Ты куда это ходил? — прищурившись, спросила Арабелла.
Финч хмуро поглядел на нее.
— К мистеру Франки, — сказал он. — Я узнал ту пуговицу на клочке ткани. Это была пуговица с его шлафрока.
— Как ты мог?! — возмущенно воскликнула Арабелла.
— Что?
— Как ты мог пойти без меня?!
Финч промолчал. Пусть себе ругается, пусть выскажет все, что думает. Пусть бросается обвинениями и оскорблениями. Пусть…
— Что случилось? — неожиданно спросила Арабелла.
— Дедушка не вернется, — ответил Финч. — Понимаешь? Никогда не вернется…
Они зашли в квартиру Финча, и мальчик рассказал подруге все, что узнал у старого шпиона.
Арабелла слушала, затаив дыхание.
Финч говорил, и с каждым словом его все сильнее затягивала апатия. Финч чувствовал себя подавленным, раздавленным и растертым чьим-то громадным башмаком — его больше ничего не интересовало, все кругом будто утратило смысл.
Он рассказал о чемоданчике с инструментами для пыток, о ручном винтокрыле, о тайне дома № 17, а еще о том, как престарелого бывшего шпиона перекосило от одного лишь упоминания имени «Гелленкопф».
Арабелла не перебивала его и, когда он закончил, еще какое-то время сидела в тишине, что-то обдумывая. После чего, не говоря ни слова, встала с кресла и куда-то пошла. Затем она вернулась с башмаками Финча, его шапкой и пальто.
— Это еще что такое? — удивленно спросил Финч.
— Одевайся! — велела Арабелла. — Мы идем к мистеру Хэмму. Как и планировали.