Наконец, они нашли того, кого искали. У одной из бочек грелся старик с длинными сальными бакенбардами и черным морщинистым лицом, похожим на уголек. На голове у него косо сидел покрытый пятнами коричневый котелок.
Рядом со стариком у бочки стоял ржавый однорукий автоматон и тоже зачем-то грелся, как будто он мог мерзнуть. На латунном лице механического человека было такое же выражение тоски и беспросветности, как у прочих бродяг. Вероятно, здесь не имело значения, кто оказался на «обочине», и будь ты нищий, или же псина, или же ржавая железяка, ты мог рассчитывать на место у бочки. Автоматон время от времени заливал себе в рот тягучую бурую жидкость из бутылки с надписью «Машинное масло» на этикетке.
Когда дети подошли, бродяга что-то авторитетно, но тихо, рассказывал автоматону, а тот согласно кивал.
— Мистер Джоди! — обрадованно воскликнула девочка.
— О, Мэдди! Как давно ты не заходила в гости к старику!
Арабелла склонилась к Финчу и прошептала ему на ухо:
— Он думает, что я — это моя мама.
Финч вспомнил, что девочка ему рассказывала о мистере Джоди: когда-то он служил консьержем в доме, где жила в детстве мать Арабеллы, пока его не выгнали за какую-то оплошность.
— А это Генри, о котором ты мне рассказывала? — продолжил мистер Джоди. — Приятно познакомиться, молодой человек.
Арабелла прошептала:
— Просто кивай.
И Финч кивнул.
— Приятно познакомиться, сэр, — сказал он.
— О! — оценил мистер Джоди. — Воспитанный парень! Сразу видно, что из университетских, не то, что эти оборванцы с Портишед. Им бы только крыс ловить да драки устраивать.
— Я вам кое-что принесла, мистер Джоди.
Арабелла протянула бродяге бумажный сверток. Он принял его и дрожащими руками стал разворачивать бумагу.
— О, сосисочки! — обрадовался бродяга. — Родненькие! Как же давно мы с вами не виделись!
Он резво разложил сосиски на железной решетке и сунул ее прямо в огонь. Не прошло и секунды, как запах жареного мяса заполонил собой все под мостом Трекклби.
Финч вдруг обнаружил, что стоит в окружении подступивших бродяг, о его ноги трутся собаки, а коты с воплями дерутся за лучшее место на стропилах над бочкой мистера Джоди.
— Поджаривайтесь! — все приговаривал сам мистер Джоди. — Поджаривайтесь, родненькие!
Бывший консьерж потирал руки в своих дырявых митенках, он в предвкушении склонился над бочкой и даже стал пускать слюни. Те закапали в огонь и зашипели.
Арабелла явно посчитала, что не стоит дольше тянуть, и перешла к делу:
— Мистер Джоди, вы случайно не видели поблизости такой большой красивый экипаж? Ну, из дорогих. Черный, двухэтажный, с пятью колесами и крышей-гармошкой.
Бродяга задумчиво пригладил бакенбарды.
— Гм… «Фроббин», да видал… — кивнул он, и дети радостно переглянулись. — Сюда такой транспорт редко заезжает. Здоровенный, с фонарями и воронеными спицами в колесах. Стеклышки все помытые, борта лакированные и полированные, шторки на окнах, да паровая машина почти не гудит. Красавец-экипаж…
— А когда вы видели его в последний раз?
— Когда-когда? — наморщил лоб мистер Джоди, вспоминая. — Вчера.
— Вчера?! — поразился мальчик. — Когда именно?
— В обед, Генри. Помню, еще часы в Горри отбили полдень. Он проехал мимо, я как раз собирался выбраться прошвырнуться к «Фривольной Фре» — там иногда наливают старикам.
— И куда поехал этот «фроббин»? — спросила девочка.