Запах разложившихся тел был настолько силен, что мужчины стали дышать ртом. Это была вонь разложения. Полицейские знали, что обнаруженные тела так пахнуть не могли. Девушки были убиты месяц назад. В холодное время года тела их еще не начали разлагаться. Пришлось копать дальше. Полицейские копали по очереди, от мартовского холода у них текло из носа, они инстинктивно вытирали нос перчатками, и не могли избавиться от ужасного зловония, пропитавшего кожу.
Под телом Патриции Уолш они обнаружили почерневшие останки еще одной расчлененной девушки. В отличие от Пэт, Мэри Энн и тела, обнаруженного месяц назад, части этого тела были сложены очень аккуратно, почти благоговейно, как в египетской гробнице. Узнать жертву по лицу было невозможно – тело слишком разложилось. Под трупом они обнаружили пару сандалий, окровавленную рубашку и расклешенные джинсы – в заднем кармане лежала аккуратно сложенная десятидолларовая купюра.
В корнях дерева полицейские обнаружили нож, пистолет и промышленный резак, используемый для резки плотных тканей и обоев.
– Бери этого ублюдка, – сказал Флинну Киллен[115].
Никто не стал уточнять, кого именно.
Арестовывать Тони послали детектива полиции Массачусетса, лейтенанта Уильяма Бродерика. Именно он выследил Тони в Бостоне месяц назад. Когда он с двумя полицейскими пришел в квартиру на Бикон-стрит, где тогда жил Тони, им сказали, что Винни переехал, и полицейские отправились на место его работы, в винный магазин «Мейсиз» в Норт-Энде. Бродерик хорошо запомнил Винни по той встрече на Бикон-стрит и был о нем весьма невысокого мнения. У невысокого, темноволосого, туповатого парня глазки бегали. Опытному полицейскому такое было хорошо знакомо.
– Я не видел Тони десять дней, – сказал Винни, глядя в сторону.
Бродерик сразу почувствовал, что тот врет, и полицейские отправились в новую квартиру Винни на Мальборо-стрит.
Стук в дверь раздался в 16.20, меньше чем через час после обнаружения трех трупов. Тони открыл и спокойно поздоровался с детективами в плащах цвета хаки.
– Здравствуйте. Чем могу быть полезен?
– Вы?..
– Винсент Бонавири.
– Хорошая попытка, парень, – засмеялся Бродерик. Он сразу узнал Тони – ведь совсем недавно он следил за ним, разыскивая «Фольксваген». – Мы только что разговаривали с Бонавири в магазине «Мейсиз». Попробуешь еще раз?
– Ну хорошо, я Тони Коста, – согласился Тони с простодушной улыбкой.
– Ты арестован.
Поскольку Тони мог сбежать, а ордер на арест за убийство еще не был выписан, Тони арестовали за угон и ограбление автомобиля. Ему снова зачитали его права. Полиция Массачусетса сообщила об аресте в Провинстаун. Флинн и Ганнери немедленно выехали в Бостон, чтобы доставить Тони в тюрьму Барнстейбл.
Дорога из Бостона в Хайяннис заняла два часа. За это время Тони не произнес ни слова.
В этот день его сыну Майклу исполнилось четыре года.
Глава 50
Лайза
Кейп-Код, Провинстаун и Труро бурлили от новостей. Как только по радио или телевизору звучали эти названия, мама сразу же все выключала, но я услышала достаточно, чтобы понять: там произошло что-то ужасное. Я спрашивала у мамы, но она сразу же обрывала меня, а я давно поняла, что настаивать бесполезно. Кроме того, я была занята планированием моего дня рождения. Мне исполнялось десять лет. Важная веха. Я хотела, чтобы все прошло идеально.
Снег прекратился, начались весенние дожди. Погода стояла холодная, сырая, неприятная. Я дождаться не могла, когда же наступит лето. Тогда мы вернемся в Провинстаун, и я буду загорать. Я думала о Салли, Бобе Стрейнджере, его маленьком Дьюке, который так заливисто лаял. Я думала о Сесилии и Тони, о том, как мы с ним будем ездить на свалку. Я думала о велосипедных прогулках по городу, представляла, как буду ездить за конфетами и мороженым и плавать в бассейне с Гейл и Джеффом. Я думала, какой купальник носить этим летом. Я с прошлого лета так выросла, что даже мама согласилась, что мне нужен новый купальник. Раньше она шила мне купальники из обрезков ткани – она приносила их из школы, с уроков трудового воспитания. Мне оставалось лишь молиться, чтобы она оказалась слишком занята и невнимательна и не заставляла меня это носить. Ее изделия были мешковатыми там, где не следовало, зато в других местах они были такими узкими, что носить их было невозможно. В этом году, когда мне исполнится десять лет, я хотела получить что-то красивое, по моей фигуре. Ну пожалуйста.
Как-то раз после школы мы поехали за покупками, но не за купальником. Маме что-то понадобилось в аптеке. Пока она покупала, я забрела в отдел ухода за волосами. Я хотела не только купальник – я хотела стать блондинкой. Девочка из моего класса нанесла на волосы средство «Сан Ин» и в мгновение ока стала блондинкой! Я читала инструкцию на бутылочке, когда ко мне подошла Луиза.
– Мама сказала, что нам пора идти, – сказала она, а я лягнула ее от раздражения.
– Ой, больно, – взвизгнула сестра, потирая ногу. – Зачем ты это сделала?
– Ой, больно, – передразнила я. – Зачем ты это сделала?
И тут же получила подзатыльник.
– Я все слышала, – сказала мама. – Ну почему, черт побери, с тобой вечно проблемы?
Я смотрела на бутылочку, зажатую в руке.
– Можно мне это купить? – не подумав, спросила я.
Мама посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. Она поверить не могла, что я прошу ее что-то купить после подзатыльника за очередной проступок. Потом она злобно прищурилась, скрипнула зубами и схватила меня за руку с такой силой, что ее ногти впились в кожу. Бутылочка упала на пол и закатилась под полки.
[115] * Детектив Джордж Киллен, беседы с Лео Дамором, 1979–1980 годы.