И этот некто сидел за столиком один, ничего не ел и не пил, и в отличие от остальных гномов выглядел уж как-то слишком серьезно. Но Энди посмотрел на него только мельком, всего на пару секунд, и даже не успел толком его разглядеть, потому что его тут же заслонил кто-то из толпы.
И не зная почему, но Энди это немного насторожило, и у него даже сердце стало биться немного чаще. И все его веселье сразу же сместилось на второй план. Он снова перевел взгляд на мистера О’Брайена, который уже стоял вместе с тем гномом у небольшой стойки с множеством выдвижных ящичков и уже что-то у него покупал (что было и вправду похоже на мох), и спокойно рассматривал это у всех на виду.
И первой мыслью, возникшей у Энди, было то, что «ну почему же мистер О’Брайен делает это так открыто?..» И Энди уже весь изъерзался на стуле, переживая об этом. Но потом он подумал, что вдруг это всего лишь его очередные навязчивые идеи, и ему просто в очередной раз что-то мерещится, и что на самом деле до них никому нет никакого дела. И тогда он просто постарался об этом не думать, и на душе у него сразу стало как-то спокойнее.
Наконец историк вернулся к Энди и, победно подняв маленький бумажный пакетик вверх, широко улыбнулся. Он явно был рад совершившийся сделке и тому, что ему наконец-то удалось достать этот редкий мох.
– Ну что, идем, – сказал он, подходя к Энди. – Я уже и насчет ночлега договорился.
– О, так быстро, – удивился Энди.
– Да, и честно говоря, я думал, что здесь уже совсем не окажется свободных мест, но… похоже, народ тут не особо заморачивается с местом для сна, – и он посмеялся, глядя на того гнома, который уже устроился спать под елкой.
И оставив на столе несколько серебряных монет за ужин (а если быть точнее, то два серебряника и четвертак – по серебрянику за каждую порцию и четвертак за соусы), они поднялись наверх в свой номер, который находился у них на втором этаже.
А что касается Энди, то тот странный тип из зала все-таки какое-то время еще не выходил у него из головы (несмотря даже на то, что Энди старался о нем не думать). Однако вскоре это прошло, и его захватил намного более интересный процесс, и он погрузился в него без остатка – они начали готовить зелье…
К их приходу в номере уже был растоплен камин, и они только подкинули туда пару головешек, чтобы к моменту начала приготовления температура дошла до нужной кондиции. А сами тем временем пока выложили на стол все свои припасы и начали потихоньку во всем этом разбираться. И еще мистер О’Брайен немного подсуетился заранее (когда договаривался о комнате) и попросил у повара на кухне специальную кастрюльку для зелий, которая бы им несомненно понадобилась, а также бутыльки, чтобы перелить туда уже готовое зелье.
– Итак, – сказал мистер О’Брайен, закатывая рукава и доставая листочек с рецептом, – посмотрим, что у нас есть.
И Энди тоже закатал рукава, как будто тоже собирался тут кашеварить.
– И что, у нас получится настоящее зелье? – спросил Энди с некоторым недоверием, глядя на ингредиенты, которые с виду были похожи на обычные травки и корешки.
– Ну… по идее – должно, – сказал мистер О’Брайен, почесывая затылок. – Тут, главное, выдержать нужную температуру и пропорции. Но ты не волнуйся, я уже как-то готовил зелье, и у меня вышло вполне даже неплохо. – И затем он начал спокойно там все отмерять, заглядывая иногда в рецепт. А Энди даже и не думал волноваться, но, по крайней мере, до этого момента… потому что «вышло вполне даже неплохо» прозвучало уж как-то сомнительно.
В итоге первым делом в кастрюльку пошел какой-то черный зернистый порошок (как раз из того набора, который они покупали на рынке), и он легким клубом пыли поднялся наверх. Что на самом деле оказалось обычным дробленым углем, который, по словам историка, должен был впитать в себя лишние яды, когда начнется реакция превращения, и что без него обычно чувствуешь себя не очень хорошо. И это снова прозвучало слегка пугающе. И, наверное, Энди впервые по-настоящему задумался о том, что же будет происходить у него внутри тела, когда он начнет уменьшаться…
А затем в кастрюльку последовали и другие ингредиенты, которые тоже оказались вполне обычными человеческими вещами, но, правда, за исключением того редкого мха (про который мистер О’Брайен сказал, что это и есть тот самый ингредиент, который делает зелье магическим, и поскольку он выращен на чистых кристаллах и зреет довольно долго, то, собственно, поэтому он такой и редкий).
Но вот затем мистер О’Брайен задумался и ненадолго приостановился.
– Что-то не так?.. – забеспокоился Энди.
– Эм, да, – сказал он, глядя на еще один пункт в рецепте, и наморщил лоб. – Я совсем забыл… Мы же варим зелье для тебя, в смысле – для человека, а не для гнома. И, значит, нам нужно будет добавить сюда еще и волос гнома – для усиления магических свойств.
– А ваш не подойдет?.. – спросил Энди, оглядев короткую стрижку историка.
– Хе, да нет, это должен быть волос молодого столетнего гнома. В этом возрасте как раз расцветает магическая сила… Хм… Ну да ладно, сходим за ним чуть позже, может, внизу найдем кого-то такого… А пока вымой-ка лучше вот эти коренья, – и он достал из мешочка последние компоненты: какие-то отростки, перемешанные вместе с землей. – Ты же не хочешь пить потом всю эту грязь.
На что Энди быстро замотал головой и охотно пошел их мыть в ванную комнату, которая была у них совмещена с номером.
И тут сквозь шум воды он вдруг услышал какие-то звуки. Сначала он не понял. Но потом выключил кран и прислушался. В комнате находился кто-то еще. И сначала это был просто разговор, а потом что-то ударилось о стену, и Энди вздрогнул от неожиданности: разговор перешел на более угрожающий тон. Энди осторожно выглянул из ванны, стараясь не показываться полностью, и перед ним предстала ужасающая картина. Тот тип, которого он видел внизу в общем зале – сутулый и широкоплечий, в длинном кожаном плаще, – прижал сейчас мистера О’Брайена к стенке и допытывал его.
– Где он?? – с упорством допрашивал этот тип. (И, о господи, как же он был похож на гномов из той банды! На нем была такая же излохмаченная одежда, и немного хриплый голос и да… у него были такие же странные методы общения…)
– Подожди, Хью… – и мистер О’Брайен уже тоже перешел на хрип, потому что ему было как-то непросто говорить в прижатом к стенке состоянии. – Ты все не так понял…
– Где?? – настаивал незнакомец.
– У меня… в кармане… – наконец сказал мистер О’Брайен сдавленным голосом. И затем он вдруг вытащил из кармана шар (!) и отдал его (!)…
От чего глаза у Энди расширились еще больше. И тут он решил действовать! Правда, все, что ему пришло на ум, – это как следует разбежаться и толкнуть этого громилу в сторону. А что ему еще оставалось делать?.. И он уже собрался с духом и с криком «Ааа!» побежал в их сторону (и еще неизвестно, чем бы это все закончилось), как мистер О’Брайен его вдруг неожиданно притормозил:
– Стой-стой-стой! – затараторил он, отчего Энди резко сбавил скорость. – Все хорошо, все нормально, – успокоил его историк, и Энди опешил от этого еще больше.
– Но… он же вас чуть не придушил! – чуть ли не выкрикнул Энди, глядя то на него, то на того типа в плаще. – И… и… и шар…