Трудный поиск: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Далее следовал адрес.

Мы все — и я, и капитан из Ленинградской милиции, и Курилов, которому я сразу же позвонил, — поверили в это письмо, поверили, что именно его мы ищем столько времени.

Даже трезвые и хладнокровные сотрудники милиции принимают порой желаемое за действительное. В найденном нами письме было далеко не все ясно. Если предположить, что Лена — это Елена Модестовна Поладьева, то почему она получила похоронную на мужа? Ведь Юрий Георгиевич Иванов за всю войну не был даже ни разу ранен. Если Нина, удочеренная семьей Крамаренко, действительно та самая дочь Петровой, которую увез от матери поезд в сорок первом году, то почему ее сейчас зовут Ниной, а в детстве звали Валей? Почему, кроме Ленинграда, мы нигде не обнаружили следов запросов Петровой? Таких «накладок» было много, и мы, памятуя о том, к чему может привести поспешность, ничего не сказали об этом письме ни Нине, ни Иванову.

Мы не сообщали им ничего до тех пор, пока окончательно не убедились в том, что дочь Иванова живет с Петровой, а дочь Петровой живет в семье Крамаренко.

Нечего и говорить, как хотелось нам обрадовать и детей, и родителей, но до поры до времени мы не позволили себе этого сделать.

Постепенно все детали были восстановлены, и все сомнения отпали. Нина, которой в 1941 году был всего год, не могла, конечно, сообщить взрослым, что ее зовут Валя. Мне удалось установить, что Поладьевой действительно принесли похоронную на мужа, перепутав его с Юрием Гавриловичем Ивановым, служившим с ним в одной части. Что касается запросов на станции, через которые проходил поезд, то постепенно нам прислали копии из всех тех мест, где сохранились архивы военных лет. А самое главное, что мы встретились с Мариной Алексеевной Петровой и восстановили историю двух семей.

Итак, первое настоящее мое дело можно было считать законченным. Нельзя сказать, что я провел его безупречно, но Петр Севастьянович Курилов похвалил меня, а мы в отделе хорошо знали, что хвалит Курилов не часто. Но самое главное — обе девочки нашли своих родителей, а Марина Алексеевна Петрова и Юрий Георгиевич Иванов — своих столько лет назад потерянных детей. И поэтому я был счастлив, как был бы счастлив любой другой на моем месте.

Все участники и действующие лица этой истории собрались в Энске в доме Крамаренко — Вера Петровна и Василий Степанович Крамаренко, Марина Алексеевна Петрова, Юрий Георгиевич Иванов, Петр Севастьянович Курилов, девочки. Долгие месяцы я мечтал о том, чтобы такая встреча состоялась, к этому я стремился, в этом, собственно, и заключалась поставленная передо мной задача. Но, организовывая эту встречу, согласовывая сроки, посылая вызовы в другие города, я очень волновался.

Все-таки сложно и странно подчас складываются людские судьбы. Валя Петрова мечтала найти своих родителей. И она нашла мать. А Нина Иванова, даже не подозревавшая о том, что она живет с неродной матерью, неожиданно нашла отца. Но зато она потеряла вырастившую ее и ставшую ей близкой Марину Алексеевну Петрову. Марина Алексеевна разыскала дочь, но потеряла Нину Иванову, которая столько лет была ей второй дочерью. Однако хуже всех мне казалось положение, в котором очутились Крамаренко. Они вообще только потеряли.

— Ты как-то упрощенно смотришь, — сказал мне Курилов, когда я поделился с ним моими переживаниями. — Как будто решаешь задачу по арифметике из пятого класса. Помнишь?! Из одной трубы в бассейн вливается, из другой выливается... У людей, милый мой, не совсем так. Ты жалеешь Веру Петровну и Василия Степановича Крамаренко. Я, кстати, тоже. Но ведь любят же они свою Нину! И значит, счастливы за нее. А что касается Нины, то, может быть, я совсем ничего не понимаю в людях, но я уверен, что с тех пор, как она нашла мать, Крамаренко ничуть не стали ей менее близкими и родными. Точно так же и все остальные. Наверное, кое-кто из них разъедется, может быть, они будут жить в разных городах. Но ведь когда-то это происходит со всеми. Дети подрастают, заводят свои семьи, идут служить в армию, уезжают в дальние командировки. Твоя мать тоже не слишком часто видит тебя дома, и я не поручусь, что в будущем вам с ней удастся видеться чаще.

И все-таки я волновался. Как-то сложится судьба этих людей, много выстрадавших в своей жизни и заслуживающих самого большого счастья? За несколько месяцев мне часто приходилось встречаться с ними, я многое узнал о них. Наверно, как у всяких других, у них были свои слабости, недостатки. Но в целом это были очень порядочные, честные, симпатичные люди. И я боялся увидеть их в другом свете, боялся, что они не окажутся на высоте в новых, трудных для себя условиях.

Встреча состоялась в доме Крамаренко. Волновались все ужасно. Мы заранее решили, что постараемся избежать гласности. Поэтому из «посторонних» приглашены были только Курилов и я. Памятуя о печальном исходе киносъемки, не приглашали ни журналистов, ни кино- и фотокорреспондентов, хотя на этот раз «накладок» вроде бы не предвиделось.

Должен сказать, что мои опасения оказались абсолютно напрасными. Ничего подобного мне в жизни видеть не приходилось. Как потом признался Петр Севастьянович, — ему тоже. У всех без исключения было такое настроение, которое бывает у людей, быть может, раз в жизни.

К Крамаренко пришли почти одновременно. Встреча была назначена на шесть часов вечера. О том, чтобы опоздать на нее, не могло быть и речи, но и раньше приходить тоже стеснялись. Поэтому не было томительных и напряженных минут ожидания. Конечно, было какое-то напряжение и, может быть, даже настороженность — ведь все немного боялись того же, чего боялся и я. Но все это было только вначале. А потом лед как-то вдруг тронулся, и объятиям, поцелуям и счастливым слезам не было конца. Плакали, правда, только женщины, да и то старшего поколения, а Нина и Валя держались здорово.

Когда страсти улеглись, мы приступили к выработке решений. Прежде всего мы коллективно решили, что Нина Петрова, хотя при рождении ей дали имя Валя, так Ниной и останется. На этом особенно настаивали Крамаренко, против же никто особенно не возражал, даже Марина Алексеевна.

— Теперь, значит, у меня две дочери и обе Нины, — только и сказала она.

Потом сообща решили, что Марина Алексеевна переедет жить в Энск, потому что с тем городом, где она жила теперь, ее ничто не связывало. Петр Севастьянович обещал помочь ей с пропиской и с работой. К тому же Крамаренко и слышать не хотели, чтобы Нина с матерью жили не у них дома.

Переживала Марина Алексеевна только, что ее приемная дочь Нина уезжает с отцом на Дальний Восток. Но с этим уже ничего нельзя было поделать.

Так закончилось это дело, имевшее важные последствия для всех, кого оно касалось, и для меня тоже, потому что я и до сих пор работаю в паспортном отделе и свою работу не променяю ни на какую другую.

Чужой номер

1

Со стороны это должно было выглядеть примерно так. Солнечным жарким утром по разбитому, давно не ремонтировавшемуся шоссе шли два молодых человека. У одного из них через плечо была перекинута авоська с продуктами, а в руке зажата длинная рейка, другой нес ящик с теодолитом, с помощью которого геодезисты производят съемку местности, и волочил по камням тяжелую треногу. Время от времени они останавливались и проводили короткое совещание, после чего снова трогались в путь к большому неудовольствию того, кто тащил треногу. Там, где шоссе, изгибаясь почти под прямым углом, резко поднималось вверх и уходило в лес, они остановились окончательно.

— Пожалуй, это место нам подойдет, — сказал один из них и воткнул рейку в песок.

— Да уж, здесь машине не разогнаться, — согласился с ним второй, тщетно пытаясь установить завалившуюся набок треногу.

— А в какую дырочку надо смотреть, ты представляешь?! — засмеялся владелец рейки.

— Вот завтра потащишь эту чертову колымагу, тогда сам узнаешь, — огрызнулся его спутник.

— А может быть, машина пройдет сегодня, — предположил первый, — скажем, часа через два после прихода сейнера?

Но машина не пришла ни сегодня, ни завтра, ни через два дня...

Возможно, со стороны это выглядело и не совсем так, и на геодезистов я и мой друг Володя Худяков были не очень-то похожи, но мы старались об этом не думать — все равно у нас не было другого выхода.