А Унке снился уставший трамвай, который возил очень важные рейсы. Он понял наконец, что в лесу совсем никому не нужен, и начал наскрипывать и настукивать весёлые мелодии. Самый невероятный трамвай на свете, в котором теперь не хватало мест. Снилось ей и то, что они с Китом тайком переложили все рельсы. И однажды утром трамвай увёз всех к озеру. Ей снился говорящий ветер и штаб на дереве, в котором сидел деда Тихон и как всегда улыбался.
Секретные часы
— Доброе утро!
— Мам, уже что, день? Почему ты меня не разбудила? — сонная Унка стояла на пороге кухни.
— Подумала, что тебе может сниться что-то хорошее. Завтракать будешь?
— Мне нужно к Киту в штаб бежать, я вчера обещала.
— Тогда одевайся, а я положу в рюкзак всё самое нужное. И кстати, папа нашёл в стайке велосипед, может, на нём поедешь?
Всё тот же оранжевый свитер, джинсовый комбинезон и ботинки с избитыми носами. А во всём этом какая-то новая Унка. Она взяла рюкзак, поцеловала маму (от которой, как всегда, кофейно пахло) и выбежала из дома.
— Доброе утро, пап!
— Добрый день, соня. — Лу стоял во дворе перед какой-то железной штуковиной, похожей на газонокосилку.
— А это что?
— Нашёл в сарае, сам не разобрался толком. А ещё велосипед нашел, он у калитки. Я ему уже имя дал: Кирк Патрик Мак Милан. Это в честь изобретателя первого двухколёсного велосипеда.
— Не слишком длинно? — хихикнула Унка.
— Зато у тебя имя всего из трёх букв. Будете дополнять друг друга.
— Я к Киту поехала, не теряйте.
— Хорошо поплавать! — пожелал Лу и сам засмеялся своей же шутке.
Унка подошла к калитке и улыбнулась старенькому велосипеду с потрескавшейся голубой краской. И было в этом что-то красивое. Унке вообще нравились старые вещи, в них скрывался отпечаток целой истории. Она погладила велосипед по раме.
— Ну что, прокатимся?
Велосипед наскрипывал мелодию, пока Унка ехала по брусчатке (и казалось ей, что она уже где-то слышала эту мелодию).
В лесу девочку встретил запах мокрой земли и опавших листьев. Из рюкзака сладко пах пирог. Унка чувствовала спиной, что он ещё горячий.
Над головой появился штаб. Внутри всё щекотало, так сильно Унке хотелось подняться наверх. Она на ходу спрыгнула с велосипеда и положила его на землю. Первая ступенька, вторая, пятая, восьмая…
— Уна, ты?
— Я!
Маленькая дверца открылась, и из неё высунулся Кит. Он улыбался во все зубы, которые у него были (сколько их было точно, он и сам не знал). Кит был крепким и невысоким. Его курносый нос тянулся к солнцу, а Кит вечно тянулся к приключениям.
— Давай руку, — он втянул Унку в штаб, который был залит ярким солнцем.
— Какой от тебя запах пушистый!
Она рассмеялась:
— Бывает разве такой?
— Как не бывает, если ты его с собой принесла.
Уна сняла с плеч рюкзак: