— Куда старый делся?
— Сломался.
— И кто в этом виноват?
— Он, — мальчишка тут же показал пальцем на мелкого.
— Это не я! — возмутился очкарик. — Ты сам его разбил!
— Он врет! Это из-за тебя! Ты ненормальный!
— Тихо! — я повысил голос. — Приедем домой и там разберемся. Все яблоки съели?
— Не хочу яблоки, хочу киви, — тут же среагировал Дадли.
— Мне вот на Луну хочется, — я отдал два последних яблока Гарри, — но денег нет, поэтому все просто: хочешь есть — ешь яблоко. Не хочешь яблоко — не хочешь есть. Ясно?
— Угу, — буркнул черноволосый, жадно впиваясь зубами во фрукт.
— Дадли, я не слышу твоего ответа.
— Понятно, — хмуро отозвался толстяк.
В этот момент пришла Петунья и объявила, что нас ждет такси и пора ехать домой. Первыми со своих мест сорвались мальчишки, обгоняя и пихая друг друга, они бегом направились к машине. Следом за ними, причитая на каждом шагу, побежала Петунья. Я же неторопливо черканул подпись в бумагах, оставленных медсестрой, подхватил чемодан, где лежали документы с деньгами, направился вслед за женой и детьми.
Примечание к части
Бечено
Глава 3
Первая неделя, которую я провел в доме на Тисовой улице, подходила к концу, и не скажу, что это были самые плохие дни в моей жизни, но и не самые хорошие. Большая часть воспоминаний о прошлой жизни поблекла. Знаете, как будто я всегда и был Верноном Дурслем и какое-то время жил в России, а теперь вернулся домой. В холодной стране у меня осталась любовница и ребенок. Сын в РФ — единственный наследник, так что проблем с оформлением того, что у меня осталось, у них не будет, а я сменил имя и живу дальше. Теперь меня зовут Вернон.
Дом Дурсля был небольшой. Два этажа, кухня, одна ванная, гостиная, три комнаты, гардеробная, забитая старыми игрушками, чердак и подвал. Ах да, еще чулан под лестницей, в котором живет племянник. Почему мальчик спит в клетушке метр на два, а не в комнате, объяснила Петунья. Оказывается, в этом мире есть магия и Гарри малолетний маг. Его родители погибли от руки злого волшебника, а ребенка подбросили нам под дверь. В одиннадцать лет мальчик уедет в магическую школу, но Петунья его не отпустит — она вытравит из пацана всю магию и сделает нормальным человеком! Достаточно того, что ее лишили сестры, племянника она не отдаст, а чулан под лестницей скрывает ребенка от чужих глаз, не дает магии разбушеваться и очень полезен в воспитании.
Первым моим желанием было позвонить в дурку, чтобы эту психичку забрали санитары, но после того, как женщина предъявила письмо, которое было в корзинке маленького Поттера, дневник своей сестры, различные учебники чародейства, пару флаконов с какой-то жидкостью, черные мантии с красной окантовкой и эмблемой с буквой «Н», в больничку захотел я. Нет, ну сами посудите — чужое тело, время, страна, а тут еще и магия есть. Черт! Черт! Черт! И что теперь делать? Почитав учебники и конспекты, а также записи Лили Эванс, я пришел к выводу, что попытка выгнать Петунию с детьми или оставить семью приведет к тому, что я получу потерю памяти или еще что похуже. Дальнейшая ревизия волшебных прибабахов, которые Петунья привезла в огромном сундуке из отчего дома, показала, что у Гарри был отец по имени Джеймс, Лили дружила с парнем по имени Северус, а школа, в которую она попала, больше походила на замок графа Дракулы и колорит был соответствующий. Теперь я понимаю жену, которая не хочет отдавать туда племянника. Это полный пиздец! Холодный замок, минимум персонала, школьники с играющими гормонами, деление на чистокровных и грязнокровок, попустительство директора и учителей… Короче — жопа. Но, чувствую, нас не спросят, а пацана просто заберут. Впрочем, а какое мне дело? Правильно — никакого, кроме денег. Сейчас мальчишка живет за мой счет, а с учетом его выкрутасов это обходится в круглую сумму.
Изучение всех документов заняло трое суток — помимо ребенка-мага, оказалось, что за дом не выплачен кредит. Фирма приносит мало денег, но на ее развитие тоже взят займ, так что бросить сие занятие не представляется возможным. Еще оказалось, что все деньги, которые были выручены с продажи дома в Коукворте, ушли на ремонт коттеджа на Тисовой и старенькую машину. Странно это — было две сестры, а деньги получила одна. Если рассуждать логически, то половина денег должна была достаться Гарри, но почему-то не досталась. Зато стало понятно, по какой причине Дурсли терпели Поттера — при желании, по достижении совершеннолетия, ребенок мог отсудить половину дома, а учитывая его магическую составляющую, то можно совсем без штанов остаться.
На четвертые сутки пребывания в доме я, с жуткой головной болью, все же соизволил спуститься к завтраку. До этого супруга приносила еду в комнату.
— Шевелись, мальчишка, Вернон уже идет! — услышал я голос Петуньи.
— Сейчас папочка будет ругать Гарри! — подвякнул Дадли.
— У папочки голова болит, так что если все сейчас не заткнутся, то отлуплю ремнем по заднице, — сказал я, присаживаясь на стул. В этот момент раздался жуткий грохот — Поттер не удержал тяжелую сковородку с яичницей и беконом, отправив еду на пол.
— Паршивец! — на ультразвуке закричала жена. — Что ты делаешь?!
— Я есть хочу! — визжал толстяк.
— Тетя, я не специально, я все уберу, — плачущим голосом говорил Гарри.
— ТИХО! — от их визгов голова стала болеть еще сильнее. — Услышу хоть слово, хоть звук, дам по шее.
— Но папа…
Договорить я не дал, отвесив Дадли подзатыльник.