– Слушаюсь, владыка, – выдавил он вдогонку погасшей голограмме.
Оби-Ван пытался восстановить управление маленьким кораблем, бесцельно дрейфовавшим в пучине.
Вдруг снова послышался гул энергопривода, и винтовые плавники на корме ожили.
– Есть тяга, – облегченно выдохнул молодой джедай.
На приборной панели, мигнув пару раз, зажглась подсветка. Затем включились внешние огни, на мгновение ослепив пассажиров бонго светом, отраженным от каменных стенок и зазубренных скалистых выступов. И тут Джа-Джа завопил. Прямо перед ними зависло новое чудовище – в чешуе, с гребнями, клыками и агрессивно поднятыми передними лапами.
– Когтистая рыба коло! – взвизгнул гунган. – Ваша джедая делай что-нибудь! Где тама ваша крутосила?
– Успокойся, – мягко осадил его Квай-Гон, положив руку на подергивающееся плечо.
Джа-Джа отшатнулся и упал без чувств.
– Вы перестарались, учитель, – заметил Оби-Ван, разворачивая бонго прочь, во тьму.
Пилоту не надо было оглядываться, чтобы понять, что когтистая рыба пустилась в погоню. Они плыли через туннель, который, вероятно, служил этой твари логовом. Еще повезло, что они застигли ее врасплох. Оби-Ван направил кораблик к выходу из пещеры, где торчали наросты, которые могли бы прикрыть их бегство. По обшивке что-то клацнуло, на миг застопорив машину, но тут же отпустило. Оби-Ван прибавил мощности винтовым плавникам.
– Давай же, давай! – тихо приговаривал он.
Они вынырнули из туннеля прямо в пасть водного монстра сэндо, поджидавшего снаружи. От неожиданного тычка тварь отскочила, дав Оби-Вану короткий миг на то, чтобы резко вывернуть штурвал вправо. Челюсти не успели сомкнуться, и корабль проскочил между зубами размером с дом.
Джа-Джа моргнул и открыл глаза. Увидев гигантские челюсти, он снова потерял сознание.
Бонго трясся от бесконечных толчков, работая на пределе. Им повезло вырваться из ловушки, а вот когтистая рыба коло в пылу погони не успела увернуться, влетев прямо в пасть другого хищника. Челюсти с хрустом захлопнулись.
Оби-Ван прибавил мощности винтовым плавникам. Останки рыбы коло показались сквозь редкие зубы сэндо, но тот быстро всосал их обратно.
– Понадеемся, что червячка наш морской друг заморил, – проронил молодой джедай, быстро оглянувшийся назад.
По всей видимости, так и было, поскольку чудище побрезговало ими, отказавшись от погони. Понадобилось некоторое время, чтобы привести в чувство Джа-Джа, и после длительного заплыва сквозь ядро они, с некоторой помощью гунгана, наконец вынырнули из темной пучины под сияющее солнце и синее небо. Бонго показался на лазурной глади озера, окруженного зелеными холмами и деревьями. Оби-Ван подвел кораблик к ближайшему берегу и, заглушив двигатели, открыл люк. Квай-Гон встал и огляделся.
– Наша спасайся, – облегченно выдохнул Джа-Джа, откидываясь на спинку сиденья. – Все оки-доки, ага?
– Это еще предстоит выяснить, – ответил мастер-джедай. – Идемте.
Он выбрался на берег и зашагал прочь. Многозначительно глянув на гунгана, Оби-Ван поспешил следом за наставником.
Джа-Джа с сомнением глядел в спину удаляющимся джедаям.
– Моя иди, иди, – проронил он и побежал догонять.
6
Примерно через неделю после гонки и разговора с космолетчиком Уотто вызвал Энакина в пыльную лавку и велел взять спидер и отправиться за покупками к джавам в Дюнное Море. Эти пустынные мусорщики выставили на продажу и обмен нескольких дроидов, в том числе механиков. Тойдарианец не особо горел желанием расставаться с деньгами, а вот обменять одно барахло на другое был не прочь. Уотто уже доводилось посылать мальчика за покупками, и он знал, что к этому у Энакина тоже имеется талант.
Синеватое лицо маячило прямо перед глазами, крылья исступленно жужжали.
– Притащи то, что надо, мальчик! Только попробуй напутать!
Энакину выдали несколько дефицитных деталей от двигателей и систем навигации, на которые был спрос у джав и которые Уотто мог оторвать от сердца ради подходящих дроидов. Нужно было в середине дня поехать в Дюнное Море, сторговаться со старьевщиками и вернуться к закату. Никаких крюков на маршруте и тем более развлечений по пути. Уотто еще не простил ему проигранной гонки и разбитого болида и не преминул напомнить об этом.
– Если не сможешь выторговать репульсорные сани, веди дроидов пешком. – Уотто синим пятном порхал по лавке, выдавая распоряжения. – Да не бери тех, какие дойти не смогут. Пиидункел! Смотри, чтобы тебя не надули! Не то моей репутации крышка.
Энакин внимательно слушал и в нужных местах кивал – он научился этому за годы рабской жизни. Утро было в самом разгаре, и на то, чтобы выполнить поручение, времени было хоть отбавляй. Мальчик уже не раз имел дело с джавами и знал, как не дать им себя облапошить.
«Уотто еще многого не знает об Энакине Скайуокере», – думал он, выходя во двор за спидером. Одной из хитростей выживания в рабском ярме было умение вникнуть в то, в чем хозяин не смыслит, и вовсю этим пользоваться. У Энакина был талант к гонкам, а также к сборке-разборке всевозможных агрегатов, причем работали они после этого лучше прежнего. Но чаще всего выручало то, что он мог чувствовать предметы, улавливать мельчайшие перемены в поведении, реакциях, манере речи тех, с кем ему доводилось иметь дело. Он мог настроиться на одну волну с другими существами, слиться с ними до такой степени, что знал их мысли и намерения чуть ли не наперед. В торге с джавами это помогало как нельзя лучше.