Звёздные Войны. Эпизод 1. Скрытая угроза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Terry Brooks

STAR WARS™: EPISODE I: THE PHANTOM MENACE

Copyright © & ™ 2015 LUCASFILM LTD

Used Under Authorization.

Перевод с английского Анастасии Бугреевой (главы 1–12, 21–23) и Ольги Самойловой (главы 13–20, 24)

Серийное оформление и оформление обложки Виктории Манацковой

Издательство благодарит за помощь в подготовке издания «Гильдию архивистов JC».

Терри Брукс

Звёздные Войны. Эпизод 1. Скрытая угроза

1

Татуин.

В голубом безоблачном небе палили солнца, заливая белым светом обширные необитаемые пустоши планеты. Отраженное сияние поднималось с плоской песчаной поверхности волнами мерцающего жара, который заполнял проемы между массивными скальными разломами и редкими участками обнаженной породы в горах. Эти шероховатые исполины, единственные примечательные объекты в однообразном пейзаже, возвышались в мареве, словно часовые. Когда мимо с ревом проносились болиды – стремительно и неудержимо, – жар и сияние рассеивались, а сами горы, казалось, вздрагивали.

Энакин Скайуокер направил машину под каменную арку, с которой начинался каньон Нищего, и надавил на рычаги, поддав в двигатели горючего. Клинообразные ракеты наполнились мощью – правая чуть сильнее, чем левая, отчего болид накренился, тем более что сам пилот сместился влево, чтобы лучше вписаться в поворот. Энакин без промедления выровнял полет, прибавил газу и промчался сквозь арку.

Взметнувшийся позади песок наполнил воздух зернистым мерцанием, кружа и танцуя в поднимающемся жаре. Болид устремился в каньон. Руки Энакина крепко держали рулевые рычаги, а пальцы перебирали кнопки управления.

Все происходило молниеносно. Одна ошибка, одно неверное решение, и он вылетит с трассы – благо, если не погибнет. В этом и состояла притягательность гонки. Безграничная мощь, запредельная скорость – под кончиками его пальцев, и права на ошибку не предусмотрено. Две огромные турбины несли хлипкий болид над песчаными просторами, в обход зазубренных пиков гор, вдоль затененных оврагов и над воздушными ямами, выписывая стремительные виражи, от которых сердце уходило в пятки. От кабины к двигателям тянулись контрольные кабели, а сами двигатели соединяли энергоцепи. Если хоть одна из трех составных частей заденет что-то твердое, вся конструкция рухнет грудой металла и пламенным выбросом ракетного топлива. Если что-нибудь оторвется – гонке конец.

Лицо юного пилота озарилось улыбкой, и он еще поддал газу.

Каньон впереди сузился, а тени стали гуще. Энакин направил болид к полоске света, за которой вновь открывались песчаные пустоши. Держался он ближе к поверхности, где скальный проем расширялся. Не сбрасывать высоту в этом месте было рискованно – иначе он рисковал задеть стенки проема. В прошлом месяце Регга на этом прокололся, и его останки до сих пор собирали по пустыне.

Но с Энакином такого не случится.

Мальчик передвинул рычаги управления вперед и под завывание двигателей вырвался из каньона на простор.

Сидя в кабине болида, он ощущал, как вибрация двигателей проходит по контрольным кабелям и, словно мелодия, отдается в теле. Облаченный в грубо сшитый комбинезон, шлем гонщика, очки и перчатки, мальчик так крепко держался в своем кресле, что чувствовал все порывы ветра, ударяющие по днищу болида. В разгар гонки он был не просто рулевым, не просто дополнительным элементом конструкции. Он был самой конструкцией – ее двигателями, ее кабиной. Он был связан с ними непостижимым даже для него самого образом. Каждый наклон, мельчайший толчок, каждый рывок и поворот каркаса и сочленений передавались пилоту, и его чувства непрерывно фиксировали все, что происходило с болидом. Машина словно говорила с ним на особом языке – смеси звуков и ощущений, – и, хотя в этом языке не было слов, мальчик понимал все, что сообщал ему болид.

Ему мнилось, что иногда он даже знал, о чем пойдет речь, до того как это было «произнесено».

Справа чиркнула металлическим блеском оранжевая искра, и впереди замаячил узнаваемый силуэт в виде разорванного креста – Себульба вытеснил Энакина с лидирующей позиции, которую тому удалось занять благодаря стремительному старту. Мальчик наморщил лоб, сердясь на себя за секундную невнимательность и неприязнь к сопернику, которая мешала сосредоточиться на гонке. Неуклюжий и кривоногий Себульба обладал премерзкой душонкой; противником он был опасным, выигрывал часто и ради этого не стеснялся подставлять остальных. Только в прошлом году более десятка гонщиков пострадали в авариях из-за этого дага, и всякий раз, когда он травил приятелям на пыльных улицах Мос-Эспа байки о своих «подвигах», его глаза загорались от извращенного удовольствия. Энакин хорошо знал Себульбу и отлично понимал, что с ним лучше не связываться.

Он вдавил рулевые рычаги, и болид, почувствовав приток свежей энергии, устремился в погоню.

То, что Энакин был человеком – а если точнее, единственным человеком, который когда-либо участвовал в этих гонках, – не добавляло ему шансов. Гонки считались на Татуине высшим испытанием мастерства и отваги, да к тому же были любимым зрелищем для обитателей Мос-Эспа. Для человека управлять болидом на таких скоростях было за гранью возможного. Иным расам преимущество давали дополнительные конечности со множеством сочленений и головы, которые крутились на сто восемьдесят градусов, глаза-стебельки и гибкие, словно бескостные, тела – все то, чего человеку изначально не дано. Самые знаменитые гонщики, лучшие представители своей расы, неизменно обладали странной внешностью и сложным строением, а их склонность к риску граничила с безумием.