— Еще многое. Селезенку, желудок, легкие.
— Он прав,— сказал Худ.— То, что прибыло на рамроботе, далеко недостаточно. Как ты заменишь сломанную ногу или руку, ослепший глаз? — Он стал расхаживать по комнате.— Чтобы банки органов стали ненужнымми, необходимо получить еще несколько сотен различных вирусов и симбиотов.
— Хорошо. Заткнись,— сказал Харри Кейн.
Худ замолчал.
— Парлетт, ты, конечно, прав. Но подумай: предположим, что колонисты на Маунт Лукиткэт узнают о прибытии рамробота и о его грузе. Не анализ Худа, и не твои рассуждения, а только сам факт. Что тогда?
Парлетт улыбнулся. Он не должен был улыбаться, но его зубы сверкнули в широкой улыбке, которая не была вымученной, насильственной.
— Они будут считать, что банки органов больше не нужны. И они будут уверены, что полиция вот-вот будет распущена.
— Да, а когда окажется, что полицию не распускают, колонисты восстанут! Все колонисты на планете! Сможет ли больница устоять против них?
— Ты слишком прямолинеен, Кейн. Я склонен думать, что больница устоит против любого нападения, хотя мне бы не хотелось проверять это. Однако, я точно знаю, что в этой кровавой бойне погибнет половина населения планеты.
— Значит ты уже думал об этом?
Лицо Парлетта искривила гримаса. Он замахал руками, как будто его вновь поразил удар соника.
— Ты считаешь меня идиотом, Харри Кейн? Я никогда тебя не считал дураком. Когда я впервые услышал о грузе рамробота? Это произошло шесть месяцев назад, когда пришло лазерное сообщение. Я тогда сразу понял, что близится конец правлению поселенцев на Плато.
Лейни побежала налево, обогнула округлую башню «Планка» и исчезла из виду. Мэт сначала кинулся за ней, но затем взял себя в руки и остановился. Наверное, она знает другой вход и наверняка она добежит до него раньше, чем он догонит ее. А если он последует за ней в больницу, то заблудится в лабиринте коридоров.
Но ее нужно отыскать. Ведь она постаралась ничего ему не сказать и сейчас он также мало знал, как раньше. Может она боялась сказать ему что-либо важное? Она не говорила о бомбе, пока они не приблизились к ней; не говорила о способе проникновения в ^больницу...
Постепенно она сказала бы ему, как найти Полли, но сейчас он этого не знал.
Или...
Он побежал к главному входу, обогнав толстого полицейского, бежавшего туда же. Ведь он сможет встретить Лейни в вивариуме, она же собиралась туда. Однако Мэт знал единственную дорогу в вивариум.
Огромная бронзовая дверь открылась, когда он подбежал к лестнице. Мэт замер внизу. Электронный глаз? Затем три полицейских появились в дверях и Мэт проскочил между ними. Никакой электронный глаз не смог бы зафиксировать, что в больницу проник посторонний.
Двери захлопнулись, едва не прищемив его. Мэт выругался и едва отскочил в сторону, пропуская полицейского с ультразвуковым свистком. Мэт уже видел такой свисток. Он ему пригодится, когда нужно будет выбираться из больницы, но сейчас не До него.
Ноги его отчаянно болели. Мэт шел, держась за стену и старался не стонать.
... Направо, вверх по лестнице, снова направо и затем налево...
ВИВАРИУМ. Он увидел дверь и тут же остановился, прислонившись к стене. Он ужасно устал. Он будет ждать Лейни здесь. Ноги его совсем онемели, в голове стоял звон и ему не хотелось ничего, только дышать. Во рту стоял отвратительный вкус ядовитого тумана бездны. Видимо, он слишком долго бежал, слишком сильно боялся и в его крови образовалось чересчур много адреналина. Он опирался на стену и стена казалась ему мягкой.
Было очень хорошо отдыхать, дышать, согреваться. Покопавшись в кармане, Мэт нашел пригоршню каштанов. Неочищенных поджаренных каштанов.
Капрал Халли Фокс вышел из-за угла и остановился. Он увидел возле стены поселенца. Кусочек уха его был оторван, струйка крови стекала за воротник. Он чистил и ел каштаны, бросая скорлупу на пол.
Это было странно, но не очень.
Халли Фокс родился в семье, три поколения которой служили в полиции. Естественно, что и он стал полицейским. Его реакция была недостаточно быстрой, чтобы стать налетчиком, и он был скорее исполнителем, чем лидером. Поэтому он занимал твердое положение в полиции, выполняя обязанности, не требующие инициативы и ответственности.
А прошлой ночью он задержал колониста, проникшего в больницу.
Утром произошел побег из вивариума, впервые со времени его основания. Капрал Фокс впервые в жизни увидел кровь. Человеческую кровь. Не залитую в сосуды банка органов, а текущую по платам пола вивариума — следствие человеческой жестокости.
Вечером шеф предупредил о возможном нападении на больницу. Он даже сказал, чтобы полицейские не перестреляли друг друга! И все приняли его слова всерьез.
Несколько минут назад на улице раздался страшный взрыв и все полицейские бросили посты, чтобы посмотреть, что же произошло.