— Вы оставили его без присмотра, поэтому охране пришлось вызвать доктора Кенел.
— Хотите всю вину переложить на меня? Наверняка это Несса ослабила фиксаторы… — Эльфина нервно сжала пальцы. Она выглядела, как наркоман, которому сообщили, что на планете закончились возбуждающие средства. — Не прекращайте поиски! Он сбежал не для того, чтобы сдохнуть где-нибудь в канаве.
Айлин молча исполнила уставной кивок, а госпожа Люм направилась к белой сигаре, не удосужившись ни поздороваться, ни попрощаться.
Винсент расправил плечи и попытался сделать глубокий вдох. Воздух на Эребе казался ему каким-то пустым, как суп, сваренный на воде вместо бульона, но хотя бы голова перестала кружиться. Он с опаской потрогал свое лицо.
— Я действительно стал похож на Турмана Левара? И где он вообще?
— Там, — девушка неопределенно махнула рукой в сторону захламленного пустыря. — Санда похоронил его недалеко от мастерской по обычаю атанов.
— То есть, ваш напарник действительно погиб, разбился на летающей будке?
— Мы зовем их «пузырями». Машина вполне надежная, но без горючего не летает, а Турман постоянно забывал ее заправить.
— А почему, простите за нескромный вопрос, вы попытались это скрыть?
Айлин как-то странно посмотрела на Винсента.
— Иногда человек продолжает служить даже после смерти.
— Ну да, как же я сразу не догадался! Например, может одолжить свое имя… — девушка не улыбнулась, у нее лишь слабо дрогнули уголки губ, и Винсент непроизвольно поежился внутри комбинезона. Интересно, те, кто их носит, тоже вечно на взводе или ему одному так повезло? — Тот, о ком вы говорили, это ведь Рейнар Анкалима?
— На самом деле он король Анкалима и носитель матрицы. Его кровь такая же древняя, как ваша, но для илфирин обладает гораздо большей ценностью. Она не просто продлевает жизнь, она возвращает им молодость.
— Так эта белобрысая Эльфина действительно вампир? И она питалась кровью Рейнара? — представив себе подобную картину, Винсент с трудом подавил рвотный спазм. — Что здесь вообще происходит?
— Ничего хорошего, — покачала головой Айлин, к которой снова вернулась ее ангельская внешность. — Постепенно вы во всем разберетесь, а сейчас мне нужно уговорить короля съесть еще одну порцию консервированного мяса.
Метрах в пятидесяти от автомастерской протекала речка под названием Унгава. По обоим ее берегам беспорядочно громоздились груды побелевшего от времени бурелома, который скапливался тут не одну сотню лет, постепенно превращаясь в непроходимую преграду. Преодолеть ее мог только тот, кто знал безопасный путь, но случайный человек предпочитал обходить это место стороной. Ледяная вода и стремительное течение Унгавы не вызывали желания пересекать реку вброд, а тем более пробираться через древесные завалы с риском покалечиться.
Вход в землянку, вырытую добровольными помощниками Айлин Лоэ, находился в самом неудобном и малодоступном месте прибрежного лабиринта. Винсент ожидал увидеть сырую тесную яму, но убежище его приятно удивило. Строительного материала вокруг было хоть отбавляй, и айкуэны использовали его с максимальной эффективностью. Два сухих теплых помещения, одно побольше, другое поменьше, имели пол, стены, потолок и даже, о чудо, наружную вентиляцию.
Если кто-то на планете Эреб и считал айкуэнов бесправными примитивными существами, то точно не Айлин. Она относилась к своим подопечным с теплотой и вниманием, заботилась о них, и они отвечали ей тем же. Короля Анкалиму тоже не смущало, что его ближайшее окружение не имело настоящих имен, только прозвища, данные атанами, которые охраняли резервацию под названием Тулма (могила).
К вечеру Винсент перезнакомился со всем составом маленькой армии Айлин. Выглядел он примерно так: Оро (Высокий), Санда (Крепкий), Луста (Пустой), Нарака (Грубый), Курумо (Хитрый), Саура (Грязный) и Синта (Короткий). Локомотивом этого подразделения являлся добродушный гигант Норса, чьи габариты не вписывались ни в одно строение, поэтому ему приходилось ночевать под открытым небом.
Винсент справедливо полагал, что вся компания разместится в комнате с двухъярусными кроватями, а ему отведут уголок в королевской спальне, но к ночи в мастерскую никто не вернулся, они с Айлин остались вдвоем. Чувствуя, что избыточный комфорт комбинезона только разгоняет и без того горячую кровь, Винс поспешил раздеться, но абсолютная нагота никак не улучшила его положения. В паху по-прежнему пульсировало, в висках стучало, и это навязчивое, ничем не мотивированное возбуждение уже не просто доставляло неудобство, оно начинало его беспокоить.
При всем обилии новых впечатлений, большая часть которых были откровенно негативными, Винсенту никак не удавалось отвлечься от эротических мыслей, как будто воздух Эреба содержал какой-то возбуждающий компонент.
— Могу я задать вам вопрос?
Винс вздрогнул от неожиданности и стиснул кулаки. Он всеми фибрами почувствовал скользнувший по его телу оценивающий взгляд Айлин и непроизвольно напряг ягодицы.
— Конечно, спрашивайте, — голос прозвучал сдавленно, словно кто-то держал его за горло.
После томительной паузы сзади раздался тихий шорох, в неподвижном воздухе разлился аромат цветов.
— То горячее чувство, что выжигает вас изнутри, как оно называется?
Винсент ушам не поверил. До этого момента ему не приходилось объяснять свое возбуждение словами, так что ситуация складывалась весьма необычная.
— Похоть, желание, страсть, вожделение, одним словом, либидо. Если вам неприятно, просто постарайтесь не обращать внимания, потому что не в моей власти заставить его замолчать.
Нервы были натянуты до предела, внутренний трепет грозил перейти в откровенную дрожь.
— Почему вы не смотрите на меня, Винсент?